Верные враги

Беспрепятственно проехав пограничную полосу между воротами и лесом, мы наконец-то обнаружили стражников. Трое эльфов в таких тонких, облегающих тело кольчугах, что, казалось, их можно порвать голыми руками, сидели прямо посреди дороги и с неописуемо одухотворенными лицами играли в кости, передавая по кругу берестяную флягу с вином. При виде нашей компании они так изумились, что даже не потянулись за луками, а кинулись прятать улики столь недостойного Перворожденных времяпровождения. Вежливо дождавшись, пока эльфы куда попало, лишь бы с глаз долой, их распихают (интересно, сидеть на бронзовом стаканчике для костей действительно так удобно, как один из них пытался изобразить?), Верес приложил правую ладонь к сердцу, церемонно поклонился и нараспев затянул:

— О, сыновья славных родителей, да продлятся их лета и благословенны будут внуки, не соблаговолите ли вы указать нам путь ко дворцу правителя сей прекрасной страны?

Эльфы, не сговариваясь, молча ткнули пальцами в направлении самого высокого шпиля.

— Благодарю вас, о неподкупнейшие из стражей. — Колдун поклонился еще раз и, невозмутимо переступив через валявшееся посреди дороги копье, прошел мимо поста, взмахом руки позвав нас за собой. Где находится дворец, он и так прекрасно знал, просто соблюл необходимые приличия.

Стражники так и не тронулись с места, провожая нас ошалелыми взглядами. Наверное, ворота всё-таки полагалось открывать как-то по-другому…

Такого странного леса я никогда не видела.

Вроде бы ельник — но под ногами не мертвый пласт иглицы, а пахучее луговое разнотравье. Вроде бы над макушками деревьев идет снег, но уже через несколько минут мне пришлось распахнуть, а там и вовсе снять кожух. Определить время года я тоже затруднялась. Ранняя осень? Поздняя весна? Редкие кусты были озадачены этим вопросом не меньше меня и на всякий случай одновременно и цвели, и плодоносили, чередуя распускающиеся почки с желтеющей листвой.

Лесной свод поднимался всё выше, пока и на кроны-то перестал быть похож: зеленоватая облачная дымка, затянувшая небо.

Древесные же стволы достигли такой толщины, что дорога порой проходила под их услужливо приподнятыми корнями. Вскоре показались первые дома, напоминающие миниатюрные замки с десятками шпилей и узеньких витражных окон, утопающие в клумбах и оплетенные цветущими лозами. Побогаче — из камня, победнее — из резного дерева, выглядевшие, на мой взгляд, даже красивее.