Верные враги

Пришлось, в свою очередь, клянчить на пропитание у Мрака, который, поломавшись, выложил на стол пяток печеных картофелин. Лишнюю (колдун обойдется!) разыграли в карты, в несколько партий. К несказанному восторгу проигравших (то есть нас с Виррой и Мраком) середка трофея оказалась гнилой, и Рест несколько минут остервенело отплевывался. Кидая на меня такие злобные взгляды, словно я это знала и нарочно мухлевала.

Верес тем временем добросовестно, с аппетитом опустошил миску (я даже пожалела, что не составила ему компанию) и прилег отдохнуть.

Да так его то ли с дороги, то ли от сытости разморило, что, когда пришло время идти на совещание к Прадеду, на заспанного, вялого колдуна было жалко смотреть.

— Отсыпайся уж, мы одни сходим, — предложил Мрак.

— А вдруг вы снова какую-нибудь глупость спорете?

— Мы просто молча постоим у стеночки, — истово заверил наученный горьким опытом дракон. — Интересно же поглядеть на Великого Тролльего Прадеда!

— Сомневаюсь, что он явит вам что-нибудь стоящее, — устало, через силу усмехнулся Верес.

 — Настоящую магию тролли не используют и вообще относятся к ней весьма скептически, так что всё их «совещание с духом» не более чем подбрасывание монетки.

— Всё равно будет что внукам рассказать, — не сдавался дракон. Рест и Вирра горячо его поддерживали, нетерпеливо переминаясь у двери. Да и я, чего греха таить, тоже…

— Ну, я вас предупреждал. — Колдун уже с закрытыми глазами натянул верхнюю шкуру до подбородка. Сонно пробормотал: — И помните: молчание — серебро!

— А золото тогда что? — удивилась я.

— Вообще никуда не ходить. Оно надежнее.

— Ничего, мы не гордые — серебро нас тоже вполне устроит!

Как Верес и предсказывал, побудка дедушки напоминала дешевый спиритический сеанс, только «гадалке» благоговейно внимали не алчущие жениха девицы, а два десятка насупленных тролльих морд. Повсюду горели грубо слепленные свечи, пахло жжеными травами, а в центре пещеры прямо на полу стояло глубокое блюдо с водой. Проводил обряд сам вождь при помощи того нелюбезного подростка.

Обязанности последнего заключались в удержании над жаровней медной чашечки с расплавленным воском, пока вождь пробормочет положенные воззвания к духу. Разумеется, на тролльем, так что мы ничего не поняли, но нагнести обстановку ему удалось здорово. Особенно когда он вытащил из-за пояса огромный кривой нож и эффектно полоснул себя по предплечью. Я уж испугалась, что тролль его отрубит, но из маленькой ранки едва покапало кровью, подкрашивая воду.