Верные враги

Лысый поднял голову, подозрительно посмотрел на факел, потом на мою невинную морду и, на всякий случай скорчив грозную гримасу, взял себе еще одну карту и бросил в шапку два медяка.

— Не получается… — отчаянно прошептал Рест. — У меня силы не хватает…

— Надо не сильно, а резко. Как свечу задуваешь.

— Откуда ты знаешь, как надо, если не разбираешься в магии?!

— Я разбираюсь в факелах. Давай еще раз.

— У меня не получится!

— Конечно, если вообще не пробовать.

— А что, неправда? Сел и лапки сложил…

— Что это за боевой маг, если его можно остановить веревкой?

— Так не получается же! Вот смотри… — Факел погас.

Так я и думала. Они атаковали сразу же, со всех сторон. Та, что затаилась среди кувшинов на верхней полке, спрыгнула главарю на голову, отчаянно заскребла когтистыми лапками, но бесславно скатилась по гладкому затылку и юркнула бандиту за шиворот. Лысый взревел и пустился в пляс по лавке, аккомпанируя себе звучными хлопками по телу. Судя по разнообразию целей и высказываний, на месте тварь не сидела, дегустируя всё подряд.

Ее товарке из-под сундука больше приглянулось острое эльфийское ухо, которое она не замедлила украсить длинной хвостатой серьгой. Факел упал на пол и закатился под кресло, откуда секундой раньше брызнули сразу три серые тени.

Я резко качнулась назад, и стул опрокинулся. То ли в спинке, то ли в спине звучно хрустнуло, и стало чуть посвободнее. Дрыгнула ногами, доламывая несчастный стул (сиденье улетело в темноту и впечаталось кому-то в челюсть, помешав членораздельно высказаться по этому поводу).

Руки по-прежнему оставались скованными, зелье действовало, но полная трансформация мне и не требовалась. Лишь бы зубы чуток заострить. Впившись ими в стягивающую запястья Реста веревку, я заработала нижней челюстью, как ножом. Волокна заскрипели, перетираясь, и спустя каких-то полминуты мальчишка судорожно выдернул руки из ослабших пут. Я пихнула его плечом:

— Беги! С разгону в окно — и ходу!

Рест качнулся было туда, но тут же сам себя осадил и развернулся.

— Кому, сопляку, сказано!!

Он возмущенно запыхтел и, несмотря на мое яростное сопротивление (хотя поди-ка посопротивляйся, когда ты по-прежнему обкручена веревкой и на тебе болтается разломанный, но оттого не более податливый стул!), перелез через меня и начал трясущимися руками ощупывать серебряную колодку. Предсмертно взвизгнула крыса, грохнулась об пол сшибленная со стены полка.