Вероника

"Алина ЗНАМЕНСКАЯ

ВЕРОНИКА

Пролог

Кирилл проснулся от прерывистого младенческого плача. Сквозь сон плач казался тонким писком не то котенка, не то птенца. Поезд стоял на какой-то станции. Кирилл повернулся на бок и, не увидев за окном ничего, кроме широкого железнодорожного полотна, закрыл глаза и стал ждать, когда поезд тронется. Тогда сон постепенно вернется и ребенок внизу успокоится — движение укачивает.

Но поезд все стоял, ребенок не унимался. Внизу послышалась возня. Люба проснулась, подумал Кирилл, не открывая глаз.

Не удается девчонке поспать.

Да и какая из нее нянька? С ней самой еще впору нянчиться. Странно, что Мадам до сих пор терпит ее беспомощность. В фирме она со своими работниками не церемонится. О ее крутом нраве легенды ходят. Он сам недавно рисковал испытать на себе ее гнев. Спасло чудо. Собственно, этот самый младенец и спас.

Ребенку что-то зачирикали внизу, и тот недоверчиво замолчал, прислушиваясь. Потом зачмокал. Вероятно, ему дали бутылочку с питанием. И кто надоумил Любу устроиться няней к грудному младенцу? — вяло раздумывал Кирилл, поджидая сон Только что школу окончила.

А впрочем, куда сейчас девчонке пойти работать? В казино? Официанткой в «Макдоналдс»? С этих позиций смотреть, ей еще повезло. Мадам хоть платит прилично.

Поезд дернулся и тихо пополз. Нужно отдать должное Вере Сергеевне — она хоть баба крутая, но не жмотка. Никто из менеджеров у нее не бедствует. Только мы ведь какой народ? Нам что ни дай, все мало — потребности растут.

Кирилл усмехнулся, вспомнив свою недавнюю неприятность.

Открыл глаза. По потолку поползли полосы света — поезд набирал скорость.

Внизу младенцу все шептали что-то успокоительное. Кирилл посмотрел вниз, откуда доносился голос, и обомлел: младенца укачивала Мадам! Собственной персоной! Она сидела на нижней полке, склонив голову к девочке. Волосы, которые Кирилл видел только тщательно зализанными, сейчас взлохматились, что сделало Веру Сергеевну другой. Проще, что ли? Пеньюар, скрепленный поясом, был распахнут, и Кириллу была хорошо видна матовая выпуклость ее груди, в которую вцепилась крошечная ручонка.

Девочка сосала бутылочку, но, вероятно, думала, что сосет грудь. И женщина не торопилась ее в этом разуверять. Кирилл не верил своим глазам. И ушам! Мадам пела! А именно — нашептывала что-то там:

Нашей деточке не спится,

Прилетай к нам, аист-птица.

Кирилл прикрыл глаза, но тут же снова открыл, не переставая удивляться собственному открытию.