– А если мы ошиблись?
– Она приспосабливается, Конрад. Все быстрее. Это значит, что механизм пробуждения пожирателя запущен. Ты ведь знаешь, как это бывает. У кого-то суть просыпается в детстве, как у тебя и меня. У Рика она спала много лет.
– Рик жил среди людей, – сухо возразил Конрад. – И делал все, чтобы не встречаться с линкхами. Лишь это спасало его от Изменения. Но суть все равно пробудилась, как видишь.
Дагервуд помрачнел. Это происходило всегда, стоило вспомнить о брате. Рик с самого детства бросал вызов Владу, не желая мириться со своей сутью пожирателя.
Он хотел быть человеком, надеялся, что ген пожирателя никогда не проснется. Блажь, которую презирала вся Лига.
– Думаешь, Рик заметил в девушке признаки наших? – спросил Конрад.
– Может, и нет, – Дагервуд пожал плечами. – Она пила мелоний. Ты же знаешь, если пожирателю не повезет родиться среди людей, он или погибает, или его начинают лечить, – Влад усмехнулся. – Когда в человеке пробуждается ген пожирателя, ему открывается Энфирия, а это прямой путь в человеческую больницу для умалишенных.
А некоторые лекарства способны притупить способности молодых пожирателей. Похоже, это и случилось с Викторией. У нее амнезия, множество фобий и никаких травмирующих событий в прошлом.
– Проверял?
– Конечно. Обычная человеческая семья, учеба. А потом Виктория начала делать и говорить странности, и ее принялись лечить. Я смотрел выписки из ее медицинских карт и историю болезни.
– Да, похоже на пробуждение гена, девчонке не повезло, – хмыкнул Конрад.
– Ты решил о ней позаботиться? – густые темные брови МакКейна приподнялись.
Дагервуд пожал плечами.
– Похоже, мой глупый братец испытывает к ней чувства.
Конрад промолчал. Он все еще помнил взгляд Вершителя, направленный на экран. И жадные, глубокие глотки сигаретного дыма. И готов был поклясться, что сейчас Владом движет не только забота о брате.
– Оставим это, – произнес Дагервуд, прерывая его размышления. Его лицо вновь стало бесстрастным, утратив эмоции. – Мне нужны сведения.
Все, чем живут принцы. Каждая мелочь, каждый их долбанный день! Все! Пусть Стефан поднимет свою задницу и вспомнит, что родился пожирателем!
– Стефан делает все, чтобы об этом забыть, – Мак Кейн снова пригубил напиток, блаженно закрыл глаза.
– Стефан заигрался в линкха. Скажи, что я приду за ним, если он ослушается на этот раз, – бросил Дагервуд, и Конрад склонил голову. То, что сказал Вершитель, было серьезно.
– Нас мало, Влад. Каждый пожиратель важен для Лиги.
