– Допустим, я поверю, что это не Рик, – бросил он. – Но кто? – он положил на стол ручку и листок. – Рисуйте, Виктория.
– Что рисовать?
Я неуверенно приблизилась, не желая садиться рядом с ним. Но другого варианта не было, если я хочу разместиться рядом со столиком.
– Рисунки, – язвительно бросил он. – Которые вы любите чертить, как вы утверждаете.
Я подцепила листочек и отошла подальше от Дагервуда, присела на нелепую банкетку без спинки. Но лучше так, чем рядом с мужчиной. Рисовать на коленке было ужасно неудобно, пару раз ручка продырявила листок.
Но в целом, я была своим художеством довольна. Все время, пока я была занята делом, Дагервуд неподвижно сидел на диване и смотрел на меня. Я закончила и протянула ему то, что получилось.
Несколько секунд он рассматривал, потом поднял взгляд и я вздрогнула. Ночь. Чудовища. Смерть. Именно таким был его взгляд.
– Что это? – очень спокойно спросил он.
– Откуда я знаю? – вспыхнула и с трудом заставила себя не пятиться. – Вы просили нарисовать, я нарисовала, как умею.
Я художественной школы не заканчивала.
Дагервуд снова посмотрел на мой листок и мешанину из цветочков, линий, рожиц и еще каких-то каракуль.
– Вы издеваетесь?
– Нет! – я все-таки попятилась. Всего на шаг. – Вы попросили меня что-то нарисовать – я нарисовала!
– Я сказал нарисовать изначальную руну! – рыкнул Дагервуд, поднимаясь и отшвыривая листок. – Вы решили поиграть в игры, Виктория?
Я сделала еще один шаг назад. И еще два. Ужас внутри нарастал, как шторм."
"– Какие игры? Вы сошли с ума, – пробормотала я.
Дагервуд не двигался, но во мне почему-то крепла уверенность, что если я побегу – он кинется следом и разорвет мне горло. Как зверь. И поэтому надо стоять не шелохнувшись, и не будить его инстинкты. С чего я решила, что этот мужчина в безупречной белой рубашке и отглаженных брюках побежит за мной-не знаю. Я просто ощущала от него угрозу. Во всем-в расслабленном с виду теле, в ладонях, с загорелыми запястьями и дорогими часами на правом, в глазах, в которые я не хотела смотреть.
А вернее – боялась.
Я отступала, он также медленно приближался. Пока я не уперлась в стену. Кинула затравленный взгляд на дверь. Если рвануть изо всех сил… Сильная рука впечаталась в стену возле моей головы, преграждая мне путь. Сглотнула и заставила себя смотреть в его глаза. Я знала, что нельзя показывать свой страх. Нельзя. Не людям, не хищникам. Только так можно… спастись.
– Уберите руки, господин Дагервуд, – как можно холоднее произнесла я.
