Не знаю, был ли он гением или просто сумасшедшим, но я помню его рассказы о том невероятном количестве происшествий, что происходят случайно. И там было немало досадных падений с крыши. Тогда мне это казалось нелепицей. Разве можно случайно свалиться с такой высоты? Оказывается, можно.
В доме господина Дагервуда на редкость высокие пролеты, и крыша дома находится примерно на тринадцатиметровой высоте. Если бы по теории сумасшедшего Алекса я упала в снежный сугроб или на свежевспаханный газон, или хотя бы в кусты, то каким-то удивительным образом я могла бы выжить, лишь переломав себе все, что можно переломать.
Но в этом месте не было ни сугроба, ни газона. Здесь были ровные плиты розового мрамора, очень гладкие и очень твердые. Я упала с высоты почти четырех этажей на камень.
И я осталась жива. Более того, я не просто ничего не сломала, я мягко и бесшумно приземлилась на ладони и ступни, словно кошка. И теперь я стояла, трясла головой, смотрела на прожилки в розовом мраморе и пыталась хоть что-то понять в череде тех пугающих случайностей, что происходили конкретно со мной.
Все еще не веря, я подняла одну ладонь, внимательно осмотрела ее, поставила обратно. Проделала то же самое со второй. Руки как руки, никаких изменений. А сердце стучит барабаном, потому что я успела испугаться, осознав момент падения.
Снова подняла руку.
– Охренеть, – с чувством сказала я.
– Соглашусь, – задумчиво протянули рядом, и я, охнув, вскочила на ноги. Дагервуд стоял в нескольких шагах и рассматривал меня с мрачным интересом.
– И что же вы такое, Виктория?
Он шагнул ближе, обошел меня по кругу. Я настороженно повернулась, не желая оставлять его за спиной.
– Не надо говорить обо мне, как о вещи! – разозлилась я.
– Претендуете на звание личности? – усмехнулся он.
– Как минимум человека.
Он вдруг оказался совсем рядом, склонился, всматриваясь в мои глаза.
– Человека? Серьезно? – процедил он. – Считаете, люди способны на то, что только что проделали вы?
– Так бывает, – слегка запинаясь, выдавила я.
– Я слышала о таком. Скрытые резервы организма, вот как это называется!
– Скрытые резервы? – Белые зубы блеснули, когда он усмехнулся. – Вы правда так думаете?
Конечно, нет, я ведь не настолько сумасшедшая. Но эта версия могла бы меня успокоить.
– Кажется, я запретил врать мне. – Он стал еще ближе. И мои инстинкты жертвы завопили, что пора спасаться бегством, нестись сломя головы и прятаться от этого человека. Но я не хочу быть жертвой.
