Весь Чейз Джеймс Хэдли в одном томе

Однако Петтерсон очень беспокоился о судьбе магнитофонной ленты. «Но всему свое время, — успокоил он себя. — В любом случае ленту можно выкупить. Нужно только найти подход к этой женщине».

— Прошу прощения, что немного опоздал, — сказал он, пожимая руку Петтерсону. — Понимаешь, мое время расписано по минутам.

— Извини, но это очень важно. Что будешь пить?

— Что и ты… двойную порцию.

Петтерсон сделал заказ.

Усевшись, Вейдман с интересом глянул на Петтерсона.

— Не будем торопиться. Ты не против, если мы плотно пообедаем?

Метрдотель тут же протянул ему меню, а за его спиной возник официант, подавший двойной мартини.

Вейдман, сославшись на то, что не хочет есть, заказал лишь закуску, состоящую из салата, копченого лосося и спаржи. Петтерсон заказал то же самое.

Пока накрывали на стол, Петтерсон вел разговор о курсе акций и тому подобном. Лишь когда официант ушел, он перевел разговор на миссис Морели-Джонсон.

— Я беспокоюсь о старой леди, — сказал Петтерсон.

Вейдман съел кусочек рыбы, потом второй и глянул на Петтерсона.

— Мне не хочется огорчать вас, Эйб, но она опять хочет изменить завещание.

Рука с вилкой застыла в воздухе.

— Изменить завещание?

— Она решила вернуться к первоначальному варианту.

Вейдман резко выпрямился. Его маленькие глазки расширились в испуге.

— К старому варианту? — хрипло сказал он. — Ты хочешь сказать, что…

— Боюсь, что так. — Петтерсон избегал взгляда Вейдмана. — Я был у нее вчера. Она сказала, что все-таки оставит Пикассо музею. Дескать надо оставить память о муже в этом городе.

Вейдман отложил вилку. На его толстом лице читались неприкрытое огорчение и даже страх.

— Я должен принести ей старое завещание. Она внесет туда небольшую поправку: хочет оставить своей новой помощнице, мисс Олдхилл, небольшую сумму. Она приказала мне уничтожить новое завещание… в котором речь шла о картинах Пикассо.

— Черт возьми! — вырвалось у Вейдмана. — Так я не получу Пикассо?

Официант открыл дверь кабинета и вопросительно глянул на клиентов.

— Эйб… Я хорошо знаю старую леди.

Она немного эксцентрична, но хороший человек. Возможно, она еще передумает. В три часа я должен быть у нее. Новое завещание я еще не уничтожил. Хочу оставить ей время на обдумывание. Ведь я хорошо знаю, сколько ты сделал ей добра. Если кто и заслуживает эти картины, так это ты.

Вейдман потер подбородок.

— Старуха! От нее действительно можно ожидать все, что угодно. Я… — он замолчал и безнадежно развел руками.

— У меня есть кое-какое влияние на нее.