Весь Эркюль Пуаро. Том 1

Первое преступление, которое мосье Рено, в своей самоуверенности недооценив меня, рискнул предложить мне расследовать, можно считать, раскрыто. Однако за ним кроется еще одно, более загадочное преступление. И распутать его будет чрезвычайно трудно, ибо преступник – в сообразительности ему не откажешь! – ухитрился воспользоваться тем, что было уже подготовлено самим мосье Рено. Вот в этом втором, невероятно запутанном, я бы сказал головоломном, деле еще предстоит разобраться.

– Потрясающе, Пуаро! – воскликнул я. – Вы просто неподражаемы.

Уверен, то, что вы сделали, не по плечу ни одному сыщику на свете!

Думаю, мое восхищение польстило ему. Во всяком случае, мне показалось даже, что он смущен – чуть ли не впервые в жизни.

– Бедняга Жиро, – сказал он, стараясь – впрочем, без особого успеха – казаться скромным. – Правда, в тупости его не обвинишь. Просто ему сильно не повезло пару раз. Например, черный волос на черенке ножа, с которым Жиро, мягко говоря, попал пальцем в небо.

– Признаться, Пуаро, я до сих пор не пойму, чей же это волос.

– Как чей? Ну конечно же, мадам Рено. Этот, казалось бы, пустяк сыграл с Жиро злую шутку. У мадам Рено были темные волосы с проседью, помните? И только потом она сразу вся поседела. Окажись на черенке ножа не черный, а седой волос, Жиро хоть из кожи вон лезь, не сумел бы убедить себя, что это волос с головы Жака Рено! Ну и так далее… Факты, как всегда, подгоняются под готовую теорию.

Пуаро погрузился в размышления.

– Еще один вопрос, Пуаро. При чем здесь кусок свинцовой трубы?

– Не понимаете? Ведь надо было изуродовать лицо бродяги, чтобы никто не смог его опознать.

Именно этот кусок трубы и натолкнул меня на размышления. А кретин Жиро его даже не заметил – он, видите ли, искал окурки! Помните, я сказал вам, что улика, будь она длиной в два фута или в два дюйма, все равно улика? Однако, Гастингс, теперь мы должны начать все сначала. Кто убил мосье Рено? Неизвестный, который около полуночи находился неподалеку от виллы «Женевьева» и которому была выгодна смерть мосье Рено. Все как будто бы указывает на Жака Рено. Возможно, преступление не было задумано им заранее. А тут еще этот нож!

Вот это да! Как же я раньше не сообразил.

Он произнес это так многозначительно и мрачно, что я невольно поддался его настроению.

– А что за мыслишка, о которой вы только что упомянули? – спросил я.

Вместо ответа Пуаро сверился со своими часами-луковицей:

– В котором часу отходит из Кале дневной пароход?

– Кажется, около пяти.