Весь Эркюль Пуаро. Том 1

Мосье Отэ откинулся в кресле, покачивая головой с видом скорбного удовлетворения, – самые мрачные его предчувствия оправдывались.

Наконец он очнулся и, спохватившись, сказал:

– Совсем забыл! У меня ведь письмо для вас, мосье Пуаро. Сейчас… Куда же я его засунул?

Он принялся рыться в своих бумагах. Найдя наконец послание, протянул его Пуаро.

– Оно было адресовано мне, с тем чтобы я передал его вам, – объяснил мосье Отэ. – Но вы не оставили своего адреса.

Пуаро с любопытством осмотрел конверт. Адрес был написан наклонным размашистым почерком, явно женским.

– Ну что ж, до завтра, мосье Отэ. Сердечно признателен за вашу любезность и дружеское расположение.

– Не стоит благодарности. Всегда к вашим услугам.

При выходе мы нос к носу столкнулись с мосье Жиро, еще более щеголеватым, чем обычно, и источающим самодовольство.

– А! Мосье Пуаро, – развязно бросил он. – Уже вернулись из Англии?

– Как видите, – ответил Пуаро.

– По-моему, дело идет к концу.

– Согласен с вами, мосье Жиро.

Удрученный вид Пуаро, его сдержанные ответы, казалось, доставляли Жиро необычайное удовольствие.

– Ну и тип этот Рено! Не могу его понять! Даже защищаться не хочет. Поразительно!

– И это заставляет призадуматься, а? – кротко заметил Пуаро.

Жиро, однако, и не думал прислушаться к словам моего друга. Легкомысленно поигрывая тростью, он небрежно бросил:

– Ну что ж, всего хорошего, мосье Пуаро. Рад за вас.

Жиро изумленно застыл, а потом разразился смехом и бросил, многозначительно постучав себя по лбу:

Пуаро выпрямился, в глазах его вспыхнул опасный огонек.

– Мосье Жиро, вы все время позволяете себе оскорбительные замечания на мой счет. Придется вас проучить. Готов держать пари на пятьсот франков, что найду убийцу мосье Рено прежде вас. Согласны?

Жиро удивленно уставился на него и снова пробормотал:

– Ну как, – гнул свое Пуаро, – согласны?

– Не желаю даром брать ваши деньги.

– Будьте покойны – вы их не получите!

– Ладно, согласен! Вас, говорят, шокируют мои манеры, ну так ваши тоже сидят у меня в печенках!

– Счастлив слышать, – сказал Пуаро. – Прощайте, мосье Жиро. Пойдемте, Гастингс.

Мы молча шли по улице. На сердце у меня было тяжело. Пуаро слишком ясно дал понять, что он намерен делать, и я больше, чем когда-либо, сомневался, удастся ли мне спасти Беллу.