Весь Эркюль Пуаро. Том 1

Однако на другой день, встав рано утром и с нетерпением развернув газету, я, к моему величайшему удивлению, не нашел в ней ни слова об аресте! Прочитал колонку с обычным несущественным сообщением об «отравлении в Стайлзе», и ничего больше! Это было совершенно необъяснимо, но я подумал, что Джепп из каких-то своих соображений не хочет, чтобы новость попала на страницы газет. Меня это немного взволновало, так как возникала возможность дальнейших арестов.

После завтрака я решил пройти в деревню, чтобы узнать, не вернулся ли Пуаро.

— Пуаро! — воскликнул я с облегчением и, схватив его за руки, втянул в комнату. По-моему, никогда и никого я не был так рад видеть. — Послушайте! Я никому не сказал об аресте, кроме Джона. Я действовал правильно?

— Друг мой, — ответил Пуаро, — я не понимаю, о чем вы говорите.

— Конечно, об аресте доктора Бауэрштейна! — нетерпеливо уточнил я.

— Значит, Бауэрштейн арестован?

— Вы об этом не знали?

— Не имел ни малейшего понятия. — Немного помолчав, Пуаро добавил: — Хотя меня это не удивляет. В конце концов, мы всего лишь в четырех милях от побережья.

— От побережья? — озадаченно повторил я. — При чем тут побережье?

Пуаро пожал плечами:

— Но ведь это очевидно.

— Только не мне! Может быть, я туп, но никак не пойму, какое отношение близость побережья имеет к убийству миссис Инглторп.

— Конечно, никакого, — улыбнулся Пуаро. — Мы ведь говорим об аресте доктора Бауэрштейна.

— Ну да! Он арестован за убийство миссис Инглторп.

— Что? — воскликнул Пуаро с живейшим любопытством. — Доктор Бауэрштейн арестован за убийство миссис Инглторп?

— Невероятно! Это было бы слишком хорошим фарсом! Кто вам это сказал, друг мой?

— Видите ли, ничего определенного никто мне не говорил, — признался я, — но он арестован.

— Шпионаж?! — выдохнул я.

— Не за отравление миссис Инглторп?

— Нет, конечно. Если только наш друг Джепп не потерял рассудок окончательно, — спокойно пояснил Пуаро.

— Но… но мне казалось, вы сами так думали!

Удивленный взгляд Пуаро выражал недоумение — и как только мне могла прийти в голову подобная абсурдная мысль?

— Вы хотите сказать, что доктор Бауэрштейн — шпион? — медленно проговорил я.

— Вы сами этого не подозревали? — спросил он.