Весь Гарднер в одном томе

Мейсон, сидя без пиджака по другую сторону стола, смотрел на нее внимательным взглядом, в котором не было ни тени сочувствия.

— Вы не должны были приходить туда, — сказала она между рыданиями.

— Откуда я мог знать? — спросил Мейсон.

— Я также могу быть безжалостным.

— Почему вы не дали объявления в «Экзамайнер»?

— Локк слишком много потребовал. Они вообразили себе, что я — Санта-Клаус.

— Они знают, что это важное дело, — рыдала она. — В игре большая ставка.

Мейсон не ответил. Женщина по другую сторону стола всхлипывала еще минуту, потом подняла глаза и посмотрела на него с немой болью.

— Вы не должны были угрожать, — сказала Ева Белтер. — Не должны были приходить в его дом. Вы ничего у него не добьетесь угрозами. Когда он будет прижат к стене, он будет драться, пока не победит. Он никогда не просит пощады и сам беспощаден.

— Интересно, что такое он может мне сделать? — спросил Мейсон.

— Он вас уничтожит. Он узнает о всех делах, в которых вы принимаете участие. Он обвинит вас в подкупе присяжных, в сговоре со свидетелями, в даче ложной присяги, в нарушении этики.

— Пусть только попытается напечатать обо мне хоть слово, — сказал твердо Мейсон. — Я подам на него в суд за оскорбление. Буду подавать на него столько раз, сколько он упомянет мое имя.

Она покачала головой. Слезы текли у нее по щекам двумя тонкими ручейками, размывая косметику.

— Вы не сделаете этого. Он слишком хитер. У него есть адвокаты, которые говорят ему, что он может сделать. Он будет держаться в укрытии и наносить удары при любой возможности.

Мейсон забарабанил о край стола.

— Я вам уже говорил, миссис Белтер, я умею бороться, — сказал он.

— Зачем вам было нужно туда идти? — выговаривала она. — Зачем вы просто не дали объявления в газету?

Мейсон поднялся с кресла:

— Знаете что? С меня хватит. Я пошел, потому что считал, что поступаю правильно. Эта паршивая газетенка разбойничает среди белого дня, а я никому не позволяю грабить моих клиентов. Если ваш муж такой уж безжалостный, то я тоже могу быть беспощадным.

Он замолчал и посмотрел на нее с упреком:

— Если бы вы сразу же сказали мне правду, то этого всего не случилось бы. Но нет. Вам нужно было прийти и наговорить мне черт знает чего! Вот причина всего происшедшего. Вы сами виноваты.

— Не кричите на меня, — попросила она. — Вы единственный человек, на которого я могу рассчитывать. Все теперь ужасно перепуталось, вы должны вытащить меня из этого.

— Тогда больше не лгите.