Весь мир театр

П-продолжайте.

– Скажите, честные ли у вас намерения по отношению к госпоже Луантэн?

– Честнее не б-бывает.

«Никогда ее больше не видеть и постараться забыть», мысленно прибавил он.

– Тогда предлагаю как благородный человек благородному человеку. Условимся в борьбе за ее руку не прибегать к низменным, вероломным приемам. Пусть она соединится с более достойным в браке, который будет осенен небесами! – Очи ассистента, по привычке к возвышенности, устремились к люстре, откуда свисали покачивающиеся на сквозняке японские бубенчики.

Динь-динь, нежно позвякивали они.

– П-пусть. Мне не жалко.

– Превосходно! Дайте вашу руку! Но учтите: если вы нарушите наше соглашение, я убью вас.

Фандорин пожал плечами. Случалось ему выслушивать подобные угрозы и от более опасных оппонентов.

– Ладно. С первой темой всё, больше к ней возвращаться не б-будем. Что за вторая тема?

– Убийство Ипполита. Полиция бездействует. Мы с вами должны найти преступника. – Жорж подался вперед и воинственно дернул себя за ус.

 – В подобных делах я еще менее ловок, чем вы. – (Здесь Эраст Петрович сдвинул брови.) – Но все-таки могу оказаться полезен. Вдвоем нам будет легче. Согласен быть вашим помощником, функция ассистента мне привычна.

Благодарю, но у меня есть ассистент, ответил бы ему на это Фандорин еще несколько дней назад, а сейчас глухо сказал:

– Хорошо. Буду иметь в виду.

К страданиям, вызванным разрывом с любимой женщиной, прибавлялось еще одно, не менее тяжкое: трещина в отношениях с Масой, единственным близким человеком.

Тридцать три года они были неразлучны, прошли вместе через тысячу испытаний, привыкли во всем полагаться друг на друга. Но в последние дни Эраст Петрович испытывал постоянно растущее раздражение против своего товарища.

Началось это 15 числа, в день чтения пьесы. Фандорин взял Масу с собой в театр, чтобы произвести на Штерна максимальное впечатление. Когда имеешь дело с театральными людьми, действуй по-театральному. Вот вам пьеса из японской жизни, а вот в виде приложения к ней настоящий японец, который может вас консультировать по любым вопросам.

Предвидя, что перед режиссером встанет вопрос, где взять исполнителя главной мужской роли – чтоб умел жонглировать, ходить по канату, выделывать разные акробатические кульбиты, Эраст Петрович не сомневался: такого актера на свете не существует, Штерну придется звать на роль самого драматурга. Собственно, под самого себя Фандорин эту роль и написал.