Весь Роберт Шекли в одном томе

Наконец он спросил:

— А протоны и электроны вы тоже делаете сами?

— Ни-ни! Мистер Модсли не захотел возиться с этой мелочевкой. Субатомные частицы мы получаем от субподрядчиков.

Кармоди хмыкнул, и мастер взглянул на него с подозрением. Они продолжали бродить по фабрике, пока у Кармоди не заболели ноги. Он устал и отупел, и это его раздражало. Он твердил себе, что должен быть доволен. Вот оно, место, где изготовляются атомы, где сепарируется антиматерия! Вот перед ним гигантская машина, которая экстрагирует космические лучи из сырого пространства, очищает их и закупоривает в громадные зеленые контейнеры.

Позади термальный зонд для исследования старых звезд. А слева…

Бесполезно. Прогулка по фабрике Модсли вызывала у Кармоди такую же скуку, как давняя экскурсия на сталелитейный завод в Индиане. И ту же волну угрюмого раздражения и тупого бунта ощущал он в коридорах Лувра, Прадо и Британского музея. И он подумал, что чудеса хороши только в малых дозах. Себя не обманешь и не переупрямишь.

Человек везде остается самим собой, даже если его перенесли внезапно в Тимбукту или на Альфу Центавра.

И, будучи честен сам с собой, Кармоди откровенно признал, что вместо созерцания чудес Вселенной он с гораздо большим удовольствием катался бы на лыжах по снежным склонам Стоу или скользил бы на яхте под Адским мостом возле Таити. Ему было стыдно, но он ничего не мог с собой поделать.

«Видно, я не из породы Фаустов, — сказал он себе. — Все секреты Вселенной разложены передо мной, как старые газеты, а я мечтаю о раннем февральском утре в Вермонте и о свежем пушистом снеге».

Какое-то время Кармоди изводил себя подобными мыслями, а потом махнул на все рукой. В конце концов, еще не известно, как повел бы себя Фауст на этой Выставке Старых Мастеров. Ведь он привык все делать сам. Если бы дьявол поднес ему эти занятия на блюдечке, Фауст наверняка бросил бы науку и занялся альпинизмом или чем-нибудь еще в том же духе.

Кармоди задумался, а потом произнес вслух:

— Ну и что? Что за шумиха вокруг этих вселенских секретов? Их слишком переоценивают — как и все остальное.

А когда подойдешь поближе, то оказывается, что ничего там особенного.

Даже если это рассуждение и было неверным, по крайней мере, оно утешало Кармоди. Но все равно он скучал. А Модсли все не находил решения.

Время тянулось очень медленно. Было трудно судить о его истинной скорости, но у Кармоди создалось впечатление, что оно еле-еле ползет — дни складывались в недели, недели в месяцы.