Весь Тайгер Манн

Я выскочил из отеля, прыгнул в первое попавшееся такси, назвал водителю адрес «Белт эл» и, откинувшись на спинку сиденья, стал смотреть на проплывающий мимо город. Но все мои мысли, естественно, крутились вокруг Агрунски — этого невзрачного на вид человека с сильными страстями, который теперь держит весь мир на своей ладони. Будучи студентом, он так много занимался, что впал в нервную депрессию, а такие вещи без следа не проходят. Так что он гений, отмеченный шрамами. Вот один из этих шрамов и дал о себе знать, когда его пригласили к решению мировых проблем, — Агрунски решил, что безопасность всего мира не может быть доверена одному человеку, будь он даже президентом Соединенных Штатов.

Ядерный арсенал, одинаково необходимый как для нападения, так и для защиты, старательно отгорожен и недосягаем, пока по специальному распоряжению президента не будут сняты различные заграждения по всей длине системы. Только один президент обладает электронным ключом, который может вызвать к действию мощное оружие уничтожения.

Такое доверие, оказанное одному человеку, не понравилось Агрунски. Ему захотелось сказать в этом деле свое слово. С гениями такое случается. И он смог его сказать, потому что руководил всеми установками, всеми линиями запуска ракет... Взял и спокойно сплутовал. А теперь попробуй найти в лабиринте электронных цепей — где и как? Переделка всей системы займет годы и на все это время оставит нас без защиты... Впрочем, как это происходит и теперь, когда маленький человечек где-то сидит и держит в своих руках кнопку.

Сторож у ворот «Белт эл», хоть и узнал меня, проверил мои документы и позвонил в дирекцию. Генри Стенсон вышел мне навстречу, как обычно нервно облизывая губы.

— Я... Все идет хорошо, надеюсь? — спросил он, шагнув в сторону, чтобы я мог пройти в его кабинет. — Выпьете?

— Нет, благодарю. Я пришел повидать мисс Хунт.

— Я знаю, где ее найти.

— Думаю, вам нужен пропуск и...

— Достаньте мне его.

Стенсон выпрямился. Ученый, изобретатель, человек сверх меры загруженный работой, он должен беречь свое время, а не растрачивать его на всякие пустяки. По всему было видно, что он готов меня выбросить. В его глазах, обведенных темными кругами от усталости, читалось такое нетерпение, что, по-моему, ему было трудно соблюдать даже правила вежливости. Что ж, тем лучше для меня.

— Дайте мне этот пропуск, вот и все, — потребовал я.