Весь Тайгер Манн

Переступив ее порог, управляющий бросил на меня взгляд, по которому было понятно, что он думает о фликах, потом, надув губы, исчез.

Наконец-то что-то! Правда, ничтожно мало, но появилось! Я это чувствовал нутром.

Добравшись до первой телефонной кабины, я позвонил Чарли Корбинету. На другом конце провода раздалось «Да» с ленцой в голосе.

— Чарли? Это Тайгер.

Тон мгновенно изменился.

— Ничего нового, старина. Казалось, что мы наткнулись на след Агрунски, но все лопнуло.

— Тогда попытайтесь с этим... Заставьте с помощью почтового ведомства разыскать в почтовых конторах и раздаточных пунктах одно письмо, которое Дуг Гамильтон адресовал самому себе.

Он был на крупном деле и знал, что это очень рискованно, поэтому принял меры предосторожности. Гамильтон был полностью погружен в дело, старик, никаких сомнений.

— Откуда такие сведения?

— От управляющего его ломом. Случайно... Возможно, это мало что даст, но все-таки надо проверить...

— Сделаем, и как можно скорее. Позвони мне через два часа.

Я повесил трубку. При удаче почтовые чиновники найдут письмо еще быстрее, тогда мы сможем двинуться вперед.

Я был голоден, так как ничего не ел с самого утра. Поэтому зашел в «Голубую ленту» перекусить. Утолив голод, заторопился в отель.

Служащий регистратуры, вспомнив о моем поручении, улыбнулся:

— Ваш друг ожидает вас наверху, мистер Мартин. Он пришел через несколько минут после вашего ухода. Ключ у него.

Лифтера в лифте не было. На моем этаже дверь лифта отворилась не торопясь, будто устав от своей работы.

Мой номер находился в конце коридора, покрытого ковром. Я условно постучал в дверь два раза и, по привычке, немного отошел в сторону.

За стеной по телевизору шли спортивные новости. Я постучал снова. Никто не ответил. Мне это не понравилось — почувствовалось что-то неестественное. Когда вдоль моего хребта возникает такое ощущение, обязательно что-то происходит. Резким движением я выхватил мой сорок пятый, снял его с предохранителя, рукояткой толкнул дверь.

Она открылась легко, слишком легко. Это тоже было абсолютно неестественно. Дон Лавус ни за что на свете не стал бы сидеть в номере с открытой дверью.

Когда она почти бесшумно распахнулась, на ковер в коридоре упал свет...

Мне совсем не хотелось рисковать, но выбора у меня не было. Напрягшись, я вошел с оружием в руке, готовый плюнуть в любого, даже в пошевелившуюся тень.

Но напрасно. Ничто не шевельнулось. Никого не оказалось ни в ванной комнате, ни в уборной.