Весь Тайгер Манн

— Я пытался повидаться с вами...

Вестер приветствовал меня кивком, окинув взглядом, каким техники награждают профанов. Он нервно ерзал на своем кресле и каждую минуту подносил к губам стакан.

— Что вам предложить? — спросил меня Смалл.

— Как хотите... Вы разрешите мне один вопрос?

— Этот взрыв в мотеле... Он связан... — Смалл тревожно посмотрел вокруг себя, — с тем, что касается нас?

— В сущности, он должен был вывести из строя меня. Так же как и те пули, которые выпустили в тот вечер в нас с Вестером.

— Мистер Мэнн, прошу вас... — Смалл с патетическим отчаянием сел наконец на кончик стула и уставился на свои руки, которые положил на колени. — Мы... мы говорили обо всем этом. — Он глазами попросил помощи Вестера, который выглядел совсем маленьким в глубоком кресле, и продолжил: — Мы начали обнаруживать в нем одну привычку.

— В поведении Луи. Что-то в нем было не так.

— Вы знали, что он наркоман?

Они снова обменялись взглядами. Атмосфера стала напряженной. Наконец, облизав губы, Вестер ответил на мой вопрос:

— Мы думали о чем-то в этом роде... Винцент и я даже говорили об этом.

— Нет, еще перед исчезновением Луи. Его поведение казалось нам все более странным, и мы оба заметили, что во времена особой нервозности он уходил в ванную и возвращался оттуда подтянутым, в форме.

Снова заговорил Смалл:

— Однажды, когда я вешал его пиджак, из его кармана выпала коробка... В ней лежали шприц и много ампул. В то время я подумал, что это ему прописал врач после ранения. У меня не было никаких оснований подозревать нечто другое, пока его поведение...

Настало время дать им понять всю важность ситуации.

— Да, я знаю, и даже скажу вам, насколько он ненормален. У Агрунски редко встречающееся предрасположение к наркотикам. Оно у него появилось случайно, и он сразу оказался отравленным.

Смалл побледнел, закусив губу. Он был потрясен.

— Вы не поверите... Но прежде чем я вам скажу об этом, обязан вас предупредить: вы должны профильтровать все, что вам известно... Вы будете счастливы, если проснетесь в своем жилище живыми и невредимыми. — Я сделал паузу, чтобы дать им возможность получше переварить мои слова, потом сообщил: — Агрунски располагает возможностью взорвать мир.