Весь Тайгер Манн

Я не хочу вмешиваться в ваши дела.

— Вы мне путаете их, капитан. Так вы скажете про цель вашего посещения?

Жесткая улыбка зародилась в уголках его губ.

— Я произвел небольшое расследование. То, что вы не заросли мхом, — это хорошо, но то, что стали действовать так открыто, — плохо.

— Может, с некоторого времени мне наплевать на это?

— Вы полагаете? Нет больше необходимости?

Хардекер замолчал и несколько секунд пристально смотрел на меня. Его улыбка стала шире. Боже мой! Никакой возможности понять, к чему он клонит.

— Один мой человек кое-что мне сообщил. Знаете ли, у него память просто фотографическая.

Хардекер внимательно наблюдал за моей реакцией.

— Он помнит Элен Левис. Он видел ее два раза с этим вашим типом, от которого остались мелкие кусочки, Генри Франком. А позже видел ее в компании с Агрунски. Я подумал, что вы усмотрите в этом какую-то связь.

— Левис — вражеский агент. Ее апартаменты в Сарасоте — прикрытие.

Улыбка Хардекера медленно погасла.

— Они располагают хорошими кадрами, так?

Незачем было отвечать.

— Вам не найти эту даму, — продолжил капитан, — у нее никаких особенных примет. Одна из толпы. Появляется и исчезает, и никто ее вроде не замечает. Они умеют их выбирать...

— Она обязательно появится, не беспокойтесь, капитан.

— Нет, старина. Иначе не была бы по ту сторону.

Широко раскрытыми ладонями он потер ноги, потом потянулся, выпятил грудь и так зевнул, что чуть не свернул себе шею.

— Но ведь они опередили вас и это может привести их к нужному месту раньше?

Хардекер медленно встал, как будто на него давила страшная усталость, но мне такое было знакомо.

— Скажем так. В течение двадцати четырех часов мы будем рассматривать Безе Макколена как жертву грабителей. Обычное городское происшествие... А потом... Потом посмотрим... — Он направился к двери.

— Еще остаются некоторые вроде вас, Мэнн.

Эти слова остались звучать в моих ушах.

Я закрыл за ним дверь, погасил свет и слегка раздвинул ставни, чтобы посмотреть, как будет уезжать мой гость. Он пересек мостовую и встал на тротуаре, не обращая внимания на дождь. Подъехала машина и остановилась около него. Он влез в нее, и красные огоньки исчезли в ночи.

Я подошел к ящику, в котором хранил свои вещи, и немедленно узнал, не шарил ли в нем кто. Хардекер не показал себя любопытным, он играл честно.