Весь цикл «Десант «попаданцев» (6 книг в одном томе)

Так что особо выбирать слова в разговоре с ним не приходится. Если не допускать разглашения информации под грифами… – Не спеша сманить туда лучших ученых и предоставить им полную свободу научной деятельности.

– Хм-м-м, что-то я никак не могу понять хитросплетений ваших мыслей. То вы требуете призвать к порядку, то вдруг, настаиваете на абсолютной свободе.

– Падре. Все очень просто.

Я наконец-то раскурил трубку, выпустил клуб дыма и продолжил:

– К примеру, новый университет основывается где-нибудь в Андорре…

– Зачем? – удивление дона была искренним.

– О-о-о! – многозначительно помахал я трубкой. – С основанием университета деревня быстро станет городом. Да и горные пейзажи помогут отвлечься от мирской суеты. И еще один немного приземленный момент… У нас в Литве жизнь небогатая, так холопы любят поговорку: «Кто первый встал, того и лапти». Так что проверить, кто из жителей Андорры работает на республиканскую Францию, будет очень просто. А в дальнейшем всегда можно по старым адресам вычислять вновь прибывших.

– С этим затруднений не будет, – отмахнулся падре, – но вы так и не ответили на мой вопрос. Как совместить порядок и свободомыслие?

– Легкомыслие, святой отец, легкомыслие. – Поморщившись, продолжил: – Гении похожи на детей. Редко кто из них думает о последствиях своих размышлений. Так вот. В том садике для детей, что будет представлять собой университет, нужны добрые, но строгие воспитатели. Никто из ученых не будет знать ни малейшей нужды, но все свои открытия они будут отдавать Ученому совету.

– Пожалуй, никого в эту золотую клетку заманить не удастся, – подумав, возразил падре. – И еще. Кто сможет организовать этот ученый рай? И куда девать студентов? Андорра их не прокормит, да и знания будут с ними утекать.

– Мотивацию для гениев организовать можно. Организовывать лучше какой-нибудь частной компании, под отеческим наблюдением вашего ордена и нашей Директории.

– Да, озадачили вы меня, дон Алехандро. Надо очень серьезно подумать. Да, кстати. Прочитайте мне надпись, прошу вас.

Пожимаю плечами и читаю вслух надпись над дверями лазарета. Падре только вздохнул и, бормоча себе под нос что-то непонятное, пошел своей дорогой. А я тоже вздохнул, раскурил погасшую было трубку и стал размышлять о вечном.