Веселый Роджер – знамя вора

– Но ведь вы захватываете суда даже на расстоянии двухсот километров от берега.

– Можете называть это предупредительными мерами.

– Может, вам следовало бы поднять этот вопрос на сессии ООН? Выразить ноту протеста…

Толстые губы Юсуфа Ахмеда разошлись в снисходительной улыбке, обнажив крепкие белые зубы, которые резко контрастировали с его черной кожей.

– А вы думаете, мы этого не делали? Не однажды! Наш протест больше напоминает кваканье лягушки в переполненном пруду – никто не желает нас слушать. Наоборот, протест вызывает только раздражение.

Того и гляди, найдется какая-нибудь цапля, которая захочет слопать тебя с потрохами.

– Но вы ведь нападаете на корабли, это не стоит отрицать.

– Верно. Часто мы это делаем для того, чтобы привлечь мировую общественность к нашим проблемам, ведь им нет никакого дела до маленькой африканской страны. А людей мы не убиваем, разве только в случае самообороны или по неосторожности.

– Но вы ведь удерживаете людей в заложниках.

Юсуф Ахмед отрицательно покачал головой:

– Это не так.

Просто с судовладельцев мы берем штраф за их корабли, которые без разрешения входят в наши территориальные воды. Это скорее они делают людей заложниками в сложившейся ситуации. Мы уже давно поняли, что безразличны мировому сообществу, поэтому должны позаботиться о себе сами. И то, что мы забираем, это всего лишь крохотная часть того, что нам должны выплатить.

– Однако вы подвели под свое пиратство целое научное обоснование.

Поморщившись, Юсуф Ахмед произнес:

– Только не называйте нашу борьбу с произволом пиратством.

Вас здесь никто не поймет. – Широкая улыбка добавляла ему обаяния. – Разве только я.

– В настоящее время захват кораблей сделался очень привлекательным бизнесом. С него кормятся очень много людей: всевозможные посредники, адвокаты, главы кланов, уверен, что даже сомалийское правительство замешано в этом – как это сказать поудачнее?.. – «бизнесе». Вам не кажется странным, что переговоры о выкупе заложников проходят в Лондоне, в Дубаи, в Джибути?

– В этом нет ничего удивительного.

На свете очень много людей, которые разделяют наши убеждения и взгляды. Многие хотят нам помочь, а если они при этом еще и заработают, так я не вижу в этом ничего плохого.

– К какому клану вы принадлежите?

– Вы очень обстоятельно подготовились к интервью. Обычно журналисты не задают таких вопросов, но в действительности для сомалийцев это очень важный вопрос. Когда сомалиец представляется, он обычно называет свой клан, затем племя и род.