Весеннее обострение

— Что? Я? Девственница?!! — начала было возмущаться Саффа, потом опомнилась, что собственно возмущаться по такому поводу как-то не комильфо, независимо от того, правду я сказал или нет. Стоит, молчит, губы поджала, глазищи черные сверкают. Вот в такие моменты она просто красавица. Мне вдруг захотелось погладить ее по бледной щеке. Я даже руку протянул, но в последний момент опомнился, быстро попрощался и нырнул в ближайшую дверь, ведущую в покои одной из фрейлин. Мне, собственно, все равно, с какой начать.

Возникшая в обеденном зале Дульсинея несколько на взводе.

— Привет, Вальдор, — хмуро произносит она, усаживаясь за стол.

— Здравствуй, предметница, — отвечаю я, — случилось что?

— Достали все! — безапелляционно заявляет Дуся, — муж, сын, а больше всех — эта зубастая гадость.

А что я могу сказать?

Дульсинея морщит нос, будто я сказал какую-то глупость, и молча приступает к поеданию пищи.

— Валь, — вдруг говорит Дуся, нервно постукивая рукояткой хлыста по столешнице. Что-то она и в самом деле заигралась. Впрочем, наверное, думать надо было, кому и что дарить. — Валь, а где ошейник покорности находится?

— Что? — недоуменно спрашиваю я.

— Ошейник покорности! Помнишь, ты…

Вот уж совершенно не хочется мне вспоминать инциденты, связанные с этой гадской штукой. И то, как я у трона сидел, не в силах слово вымолвить, и как искалеченный Терин, пошатываясь, брел в тюрьму… Все, Дуська, настроение испорчено.

— У мужа своего спроси, — бурчу я, откладывая в сторону столовый нож, — это его игрушка.

— В каком смысле его? — удивляется Дуся.

Она что, и в самом деле не знает? Забавно.

— Терин его сделал, он его и забрал в Эрраде. Это ж его дипломный проект. Ты не знала, что это — изобретение Терина?

Дуся потрясенно охает:

— Так это, получается, он себе на собственную голову и изобрел?

— Не только на собственную, — ворчу я, — на мою тоже.

— То есть ты думаешь, он у нас?

— Скорее всего. А тебе зачем? Хлыстом обзавелась, так теперь ошейник подавай?

— Нет, дело не в этом. Валь, я не знаю, о чем ты думаешь, но если это то, о чем я могу подумать…

Примирительно показываю ладони.

— Я, — говорю, — вообще не думаю.

— Я вот что хотела, — продолжает Дуся, — морды мне эти зубастые во дворце не нравятся. Подозрительные они какие-то.