Ветер с севера

Услышав Катин голос, Ветров задохнулся от восторга. Его команда — его семья. Они поймут. Девушку, забравшую его сердце, он собирался в наступающем году сделать женой. Несколько фраз сквозь расстояние. На душе стало невероятно тепло и радостно. Подарок — серебряный кулон в виде двух крыльев, уже давно ушёл по почте.

Отключив связь, Ветров пригласил всех к столу. Праздновали по московскому времени. Завтра команде будет позволено поспать на два часа дольше. Раздался бой курантов. Все подняли бокалы.

Мичманы-электрики в костюмах Деда Мороза и Снегурочки пошли поздравлять команду.

Катерина заскочила в офис фирмы взять бумажные варианты буклетов для перевода с немецкого. Электронный вариант они почему-то не могли найти. Секретарь Елизавета Сергеевна передала ей конверт с бумагами.

— Кать, это просили к пятнице. Успеешь? Катерина вынула содержимое. Пробежала глазами. Ничего сложного. С немецкого на русский всегда проще, чем обратно. — Да, я успею. Скину на почту тогда.

Катерина уже завязала шарф поверх пуховика. — Кто-то может, мать вашу, нарисовать мне этот чёртов макет? Руками. Просто на листочке. Можно с фото. Но чтоб это был рисунок. Не обработка. Нашему генеральному семьдесят два года. Вы же знаете, он не выносит эту вашу компьютерную хрень. И чует подвох за километр. Просто нарисуйте! — из-за двери конференц-зала на дизайнеров ругался кто-то из немецкого начальства.

Переводчик Мариночка сладким голосом перевела, опуская все идиомы.

Катя замерла рядом с секретарём. Та так и стояла с подносом возле двери, не решаясь попасть под горячую руку. — Кать, дверь мне открой, — прошептала. Кузьмина спохватилась, аккуратно открыла ей дверь. — Повторяю вопрос. Кто-то может нарисовать это? — Я могу, — по-немецки отозвалась из дверей Катерина. — Кто это сказал? — молодой немецкий парень в очках, чем-то напоминающий школьного друга Катиного отца Йохена Ратта, обернулся к двери.

Так вот кто тут "ахтунг" устраивает. Мариночка пожирала немца глазами. Дизайнеры не знали, куда спрятать свои. Катя разглядывала всех собравшихся.

— Свободны все! — рявкнул немец. По его виду и не скажешь, что он способен так вздрючивать персонал.

Дизайнеры очень быстро потянулись к выходу, одаривая Кузьмину разными по значению и степени удивления взглядами. Марина осталась. — Проходите. Вы! Да, Вы. Проходите сюда. Раздевайтесь.