Ветер с севера

Когда ещё увидимся? Ты ж даже когда в академию приезжаешь, носа к друзьям не кажешь! Катя, уговорите его!

Вадим глянул на Катю. И она поняла, почему он неохотно заезжал к старым друзьям. Вид чужого семейного счастья было сложно выдержать. Так, чтобы не позавидовать. Теперь всё иначе. Катя едва заметно кивнула.

— Уговорил, Захар! — Вот это вы, Катя, и силища! Ветра одним взглядом! — Дим, давай на "ты"! — О, наш человек. — Ты, Захар, не представляешь, насколько. Она, между прочим, внучка Склодовского. — Контр-адмирала? — Вице-адмирала, — засмеялась Катя.

Но это не единственное моё достоинство.

Захаровы их насилу отпустили. Маленькая Полина не слезала с Катиных рук, заставляя рисовать ей всё новых зверушек. Федя расспрашивал Вадима про службу на Севере. С Дмитрием они вспоминали училище и общих друзей.

Ирина сначала показалась Кате едва ли не ровесницей. Но наличие одиннадцатилетнего сына сбивало с толку. — Мы на первом курсе поженились. На втором родили Федьку, — поняла Катины удивлённые взгляды Ира Захарова, — Мне только девятнадцать исполнилось тогда.

И Димыч такой же. Отец года, блин. Так к нему прозвище и приклеилось "Отец Захар". Знаешь, какими глазами на нас тогда везде смотрели! Особенно в детской поликлинике. Спрашивали у меня, где моя мама. — И как же ты справлялась? — Знаешь, а я не думала про трудности. Мы просто жили друг другом, потом ещё Федька добавился. Мои родители помогали. Димкин отец. И Димкина мачеха тоже. У него мамы к этому времени уже не было. Я перешла на заочное. Димыч служил. Я сама дочь моряка. Мне нормально. А у тебя кто родители? Правда что ли, дед адмирал? — Про деда правда. Они с бабушкой в Североморске. Папа врач. Кардиолог. А мама учительница. Только у меня ещё двое младших. Соня вот такая же, как Полина. И брат. Ему шесть.

Из Кронштадта добрались до дома усталые. Предстоял ещё вечер с Бодровскими. — Кать, не очень тебе много моих друзей в твой день рождения? — Ну, мои личные друзья меня уже поздравили. А твои друзья — чудесные люди.

Это же будут наши общие друзья? — Ох, Екатерина Александровна, повезло мне с Вами! — Вы даже себе не представляете, насколько, Вадим Андреевич! Я у тебя уникальная! — Абсолютно согласен! Может ну их, Бодровских? — Вадюш, ты расстроен, да? Тем, что Юра тебе ничего не сказал? Он собирался, наверное, сегодня с тобой говорить. Думаешь, ему легко? — Не думаю, Кать. Я понимаю, о чем у него голова болит. Собственно, о том же, о чем и у меня. Север — это не шутки.