Ветер с севера

— Можно я последний раз за вечер воспользуюсь тем, что у меня звезды на погонах больше? Ну, и родством немножко, — поднялся первым Владимир Максимович, — Вадим, ты совсем молод. Твоя жизнь, как говорится, "вся ещё спереди". Семья вот будет. Звания тоже никуда не денутся. Но ты уже многого достиг, — Склодовский обвел взглядом всех, — Вон какой у тебя экипаж! Будь здоров и счастлив, дорогой! Ура имениннику!

— Ура! Ура! Ура! — грянул дружный хор.

Всё пришло в движение. Накладывались в тарелки салаты, резался большой пирог.

Тосты один за другим. За родителей. За хозяйку этого дома. За погибших товарищей. За новые звезды на погоны. За прекрасных дам (этот стоя, конечно). За штатные возвращения.

Катя внимательно разглядывала всех. Вот она — та жизнь Вадима, которую она совсем не знает. И примеры других флотских семей. Таких разных.

Ира Леонидова, жена старпома, очень тихая, мягкая. Сергей всё время за ней ухаживает. А она благодарно кивает, когда муж ей что-то предлагает съесть.

Каринэ Думченко — вот из кого вышла бы мать-командирша.

Шутка ли, у неё трое сыновей и муж. Она сама заботится обо всех, кто рядом.

Вересаевы Игорь с Аней будто каждой фразой ссорятся. Потом стало понятно, что это у них такая манера общения.

Андрей и Настей Головановы всё время шутят. Друг над другом, и просто так. Правда не всегда понятно, где шутка, а где они серьёзно говорят. Их сын, пятилетний Степан, пришёл со своим альбомом. И сосредоточено что-то рисовал, пока взрослые сидели за столом.

Света Никитенко сначала села с дочкой на руках.

Но Роман забрал Алёну себе, чтобы дать жене поесть, а потом малышка и вовсе перекочевала к Теймуру Музаферову.

— Не переживай, Света, у меня пять младших сестёр! И ещё две старшие. — Ты ж говорил, брат у тебя, — переспросил Роман. — Говорил. Так и есть. Два брата. Один старший, другой младший. Нас десять детей у мамы. — Сам то не собираешься жениться? — Сначала младший брат в университет поступит. Потом можно. Если дождётся она меня, — вдруг поделился Музаферов.

 — Дождётся. Обязательно, — Каринэ погладила Теймура по руке.

Когда в ход пошли флотские байки, Катя уже удержаться от смеха не могла.

Вспоминали и относительно недавний выход в Атлантику. Как участвовали в параде в Греции. За несколько часов до него прошёл сильнейший ливень. Улицы превратились в реки. Так и шли — в парадной белой форме и по щиколотку в воде, единственные из всех моряков разных стран, кто прошёл настоящим строевым шагом. Парад так парад.