Ветер с севера

Постой ещё пять минут. Или мне Вадиму потом перезвонить? — Давай Вадиму, пап, а то меня препод съест. Я у него за весь семестр ни разу вовремя не сдала. — Просрочила? — Нет, наоборот, всё раньше остальных. Его это почему-то раздражает. Всё. Целую. Побежала.

Но сидеть в аудитории Кате пришлось не долго. Сообщение от Вадима заставило снова извиниться и уже со всеми вещами выбежать из университетского здания."Нас ждут в ЗАГСе через тридцать минут у заведующей. Паспорт у тебя с собой?"

Катя бежала с Мясницкой на улицу Грибоедова.

Бежать было точно меньше тридцати минут. Вадим будет ехать не меньше двадцати, это если выйдет из дома прямо сразу. Слава богу, он это умеет. Но она всё равно бежала.

Конечно, ничего фатального не произойдёт, если они распишутся в любую другую дату. И если это будет не во Дворце бракосочетания. В Североморске тоже было бы отлично. Но Катя совершенно неконтролируемо радовалась тому, как Ветров идёт у неё на поводу и изо всех сил старается сделать так, как она себе намечтала.

"Так ведь он и вправду адмиралом станет, потому что я это в двенадцать лет это сказала", — подумала она, перепрыгивая очередную лужу на пешеходном переходе. — Катюша, — раздался у неё за спиной голос Вадима.

Прохожим, возможно, могло показаться, что эти двое не виделись вечность. На самом деле они расстались всего три часа назад.

Катя мельком глянула на памятник Грибоедов в начале Чистопрудного бульвара. Ей показалось, что он улыбается.

Вадим тоже посмотрел на знаменитого поэта, дипломата и композитора.

 — Катюш, ты же знаешь историю Грибоедова и его жены? — Конечно. Княжна Нино Чавчавадзе. Грибоедов увидел её, когда той было четырнадцать, по-моему. — Пятнадцать, я так слышал. И разница у них была восемнадцать лет. — Мне было шестнадцать, — улыбнулась Катя, ясно вспомнив свой первый взгляд на Вадима, — А про разницу я даже думать не хочу. Хотя меня про неё уже спрашивали.

А Вадим припомнил то утро, когда он разрешил себе думать о Кате. И мысленно сказал спасибо Александру Сергеевичу за то, что своей судьбой и своей любовью он дал возможность ему любить и быть рядом с любимой.

Они постояли у памятника минуту. Потом, опомнившись, быстрым шагом двинулись в переулки.

В особняке ярко-бирюзового цвета с белыми колоннами их уже ждали. В кабинете заведующей оказалась совсем молодая женщина. — Ветровы? — переспросила она вошедших Катю и Вадима. Они дружно кивнули и заулыбались. Заведующая оглядела их и тоже широко улыбнулась.