Ветер с севера

И я тоже зарабатываю. С этим проблем нет. Мы вместе теперь. Может быть в Новый год, если не будет дежурства у Вадима. — Тогда заранее возьмите билеты. А мы вас всегда ждём, — обнимала Катю Лёля. — Катька, ты меня когда возьмёшь с собой? Я маленький был, когда дед нас на корабль брал. А мне Вадя обещал, — Игорь обнимал сестру в этот раз почти отчаянно. — Раз обещал, значит будет. Приедешь. Ты же знаешь, Вадим всегда делает так, как сказал.

Катя старательно пыталась не заплакать. Спрятала лицо в пушистые кудряшки Сони.

Втянула носом воздух, чтобы не всхлипнуть.

— Позвони, как долетишь. — Поздно уже будет. — Я все равно не усну, — целовала её Лёля, — С богом. Деду и бабушке приветы. Вадиму обязательно тоже.

Всё. Машина. Аэропорт. Пассажиры на мурманском рейсе какие-то хмурые. Погода, говорят, там не очень. Катя уходила на контроль, всё время оборачиваясь. Её отец стоял, как скала среди бурной воды. Высокий, статный, красивый. И совсем молодой. Махал ей вслед.

Этого родительского тепла хватило, чтобы перенести тяжёлый перелет.

Самолёт трясло, как в лихорадке. Рядом с Катей сидело грузное семейство. Муж и жена сразу достали какие-то безразмерные бутерброды. Катя прислонилась лбом к иллюминатору. За ним было темно. Облака напоминали бушующее море. Примерно такое, как в том телевизионной сюжете про спасение экипажа сухогруза.

До своей квартиры Катерина добралась действительно очень поздно и почти без сил. Снова отметила про себя эффект телепортации. Завтра на работу. Значит нужно глубоко вдохнуть и сделать то, что должна.

Отчитаться о прибытии. Это раз. Подготовить всё на завтра (спасибо Лёле за привычку всю подготовку делать вечером), это два. Душ, ужин, спать.

Неделя до прихода "Разящего". На морально-волевых Катя делала свою работу. А сама мысленно уже была на причале.

Снег с сильным ветром уже несколько дней сшибали с ног. Шапка, шарф по самый нос. Иначе не вдохнуть мокрый ледяной воздух. Трапы уже скользкие. Улицы тоже.

Утром Катя первым делом включала фонарики на кухне.

Заваривала кофе. Завтракала через силу. Потом в школе не будет возможности. А влезать без очереди вперёд голодных школьников ей совесть не позволяла. С собой бутерброд, пачку баранок.

У неё из бывшей пионерской комнаты дети всё время таскали баранки. Правда через неделю стали приносить и оставлять кульки с разными сладостями. Казалось, она в этой школе год, а не месяц. Выучила почти всех детей по имени. А ведь ещё недавно удивлялась, как это Лёля всех помнит.