Ветер с севера

К деду то и дело подходили поздороваться за руку. — Дед, так почему с правой ноги на борт надо ступать? — пристала к нему Катерина. — Таких традиций, Кать, много. Не все из них сейчас чем-то обусловлены. Например, имя кораблю должна давать женщина. Правая сторона и правый борт почти у всех европейских моряков считается более почётными. Гостей, заметь, сажают справа. Это потому что мыс Горн, впервые был обойден с востока на запад то есть правым бортом. А вот португальцы признают как почетную сторону левую потому, что их знаменитый мореплаватель Васко да Гама первым обогнул мыс Доброй Надежды, идя с запада на восток, то есть левым бортом.

Так, смотри, катер отшвартовался. Начинается обход кораблей.

Это было похоже на парад на Красной площади, который Катя и по телевизору видела, и над их домом авиационную часть было видно. Только тут не площадь, а залив.

И катер командующего флотом ходил между кораблями, приветствуя экипажи. А моряки приветствовали командующего троекратным "Ура!". Слышно это было даже на берегу, где играл военный оркестр.

Потом корабли стали вдруг двигаться. Завыли сирены буксиров, казавшихся просто спичечными коробками на фоне крейсера и эсминцев. — На Катюш, смотри ближе, — дед протянул Кате бинокль. Игорька папа взял на плечи.

Катя настроила фокус. Совершенно непонятно, как такие громадины легко поворачивали и выстраивались один за одним. Команды навытяжку на палубах. Ленты бескозырок по ветру. Белые кители, золотые ремни, белые перчатки и кортики у бедра.

Взгляд через линзы морского бинокля упал на название следующего корабля. "Разящий" проходил парадным ходом.

Катя стала разглядывать строй моряков. Лица даже видно. Вот что значит — морская оптика. Чернявый Музаферов — это кок. Вот этот белобрысый лейтенант с едва появившимися усами, видно для солидности он их отращивает, это доктор. Коренастый мичман, которого все звали просто Егорыч. И высоченный Ветров. Первый в строю. Потом флаг.

У Кати остановилось дыхание. Жаль, не сфотографировать его никак сейчас.

Этот гордый профиль. Руку в перчатке, вскинутую к белой фуражке в воинском приветствии, разворот плеч. И глаза. Их не видно. Но Катя знала, какие они сейчас. Серые, как его море. И строгие, как он сам сейчас. Катя старательно запоминала детали, чтобы потом нарисовать по памяти.

"Разящий" прошел секунд за тридцать. И, развернувшись кормой, двинулся в залив.

На берег экипаж Ветрова попал только через неделю. Повод бы что ни на есть бытовой.