Ветер с севера

Смотрел видео про грудничковое плавание и слушал лекцию про важность грудного вскармливания.

Беременные, у которых мужья такую сознательность не проявляли, пытались шутить над Вадимом. Но рядом с командиром сидел абсолютно серьёзный Селиванов. Тоже слушал и даже конспектировал. — Док, тебе то зачем? Ты ж и так знаешь, что там и как внутри. — Издеваешься, командир? Я ж военный врач, а не акушер. Мы на роды ходили один раз в академии. И, честно, я кроме стыда собственного ничего не помню.

Контракт на партнёрские роды Ветровы заключили ещё месяц назад.

Вадим настоял и на палате совместного пребывания. Коляска и кроватка были куплены в Москве летом. Словом, Вадим был готов, как ему казалось, на все сто пятьдесят процентов. Он к выходу в море так тщательно не готовился. И всё же прошляпил. Оставалось теперь гнать изо всех сил, чтобы успеть. И надеяться, что Кате там помогают.

Пока ехал, вспоминал Бодровского с его стихами Лермонтова. Вот что он не учёл! Стихи. Он обещал Кате японские стихи.

Как парковался, как взлетал по лестнице, как переодевался, Вадим не помнил. Мозг включился ровно в момент, когда он открыл дверь в предродовую.

Катя, бледная и растрепанная, лежала на спине. На животе датчики. Сейчас главное — успокоить её. Его собственные переживания — это потом. Ветров вопросительно глянул на акушерку. — Поставили монитор. Доктор сказал, что ненадолго. Родовая деятельность есть, но волнами.

Катя повернула голову. — Вадюша…. Пришёл. Господи, что ж так больно то? — она закусила губу и отвернулась.

Вадим сел рядом, взял её ладонь. — Катюш, всё. Я рядом. Сейчас проверят сердцебиение и снимут провода. Полегче будет.

Вадиму хотелось вытрясти душу из врача, узнать, зачем монитор. Но отойти от Кати было страшно. Она даже с большим животом смотрелась совсем тоненькой.

Подошедшая врач молча осмотрела Катю. Монитор сняли. Тоже молча. Теперь ей можно было перевернуться на бок. Вадим под локоть выволок доктора в коридор. — Объясните, что происходит.

 — Не надо тут права качать, мужчина. Всё хорошо и с роженицей, и с плодом. — Яяясно… С плодом, значит…

По опыту Ветров знал, воспитывать таких бесполезно. Помогает только "тяжёлая артиллерия". Даже деньги ничего не решают. Он без колебаний набрал главврача. Благодаря Андрею Попову и его роману с Верочкой Морозовой, у Ветрова теперь был личный номер Натальи Николаевны. Морозова ответила не сразу.

— Наталья Николаевна, Ветров. Помощь нужна. Катя в роддоме.