Ветер с севера

Очень. Пшеничные волосы по плечам. И глазищи серые с ярким жёлтым ободком на радужке. Смотрит внимательно, ничего не упустит. А как машину не заметила?

На самом деле прошла всего пара секунд. Катю окликнули. Она обернулась, мол, сейчас иду. — До свидания, Екатерина Александровна. Осторожнее будьте. — Спасибо. До свидания, Вадим Андреевич.

Ветров отвернулся первый. Быстро зашагал по Гороховой в сторону метро. Ему ещё к Юрке добираться. Там беда. Но Кате Кузьминой об этом не стоило говорить.

— Кать, что за мужик? — взял её за руку Мишка.

Катя доживала этот день на автомате. Вроде и ходила ногами, даже фотографировала. Её спрашивали о чем-то, она отвечала.

Смеялась над Мишиными шутками и слушала пространное объяснение Вени, чем поребрик отличается от бордюра.

Шаверму они всё же купили. Димка уговорил. — Иначе считаю гастрономическую программу не до конца выполненной. Пышки ели, гречу с курой ели. Надо теперь шаверму. Ларёк у Московского вокзала их дождался.

Завалились в поезд. Усталые. С гудящими ногами. Миша оказался рядом с Катериной. Вдруг приобнял её. Катя было дёрнула плечом. Мишина рука никуда не делась.

Катя повернулась к нему лицом и уже собралась возмутиться. Не успела. Парень поцеловал её. Обхватил её голову ладонями, прижал к себе. Катерина застыла на мгновение, а потом уперлась обеими руками ему в грудь, отстранилась. Задышала тяжело.

— С ума сошёл? — Сошёл, — кивнул Вербицкий, соглашаясь. — Не делай так никогда! Слышишь? — Не могу обещать тебе, — он смотрел на Катю ошалелыми глазами.

Остальные наблюдали за этой сценой молча. Да и что тут скажешь? Не лезть же, когда двое отношения выясняют.

Катя одним махом залезла на верхнюю полку. Отвернулась к стене. Миша было поднялся, протянул руку. — Не надо сейчас, — остановил его Димка.

Катя очень старалась плакать беззвучно. Незачем сейчас всем это видеть, да деваться некуда. Совсем не так она представляла свой первый поцелуй. Кому сказать, что она в семнадцать с половиной лет нецелованная, не поймут.

Мишка Кате нравился, нечего скрывать. Высокий, спортивный, умный, весёлый. Свободный и активный. С очень похожим на её собственное детством. Вырос в Берлине, где работали родители. И, казалось бы, чего ему в Германии не сиделось. Зачем ему московская школа? Вербицкий говорил, что накосячил по-крупному.