Ветер с севера

Денис Беляев вдруг обернулся на звук. Мельком глянул на надпись. — Ты за Вербицкого что ли замуж собралась? — громким шёпотом спросил. — Ты дурак? — Ленка сориентировалась быстрее. Катя захлопнула тетрадь.

Обернуться на Мишку не было сил. Его прожигающий взгляд Катя чувствовала всей спиной.

Вадим проснулся первым. Выскользнул из-под одеяла. Подошёл к окну. Утренние весенние сумерки над Североморском. Ещё долго будет холодно. Но полярная ночь постепенно отступает. День прибавляется существенно.

Хорошо, что зимняя сессия позади.

Теперь в Питер в июне. Ему легко давались прикладные командные дисциплины. Он же с боевого корабля, а не умник из профильного НИИ. Один такой даже карту района учений изобразил вверх ногами.

В постели Вадима спала женщина. Уютная. Спокойная. Не треплющая ему нервы и не требующая обязательств. Удобная.

Он даже к делам в своём доме её особо не допускал. Если комнату в общежитии, разгороженную большим шкафом на "спальню-гостиную" и "кухню-прихожую", вообще можно было назвать домом.

Когда они бывали здесь вдвоём, Вадим всё делал сам. Готовил, стелил, убирал.

Они когда-то давно учились с ней в одном классе. Маша и замужем успела побывать за их же общим одноклассником Димой Федоровым, и дочь ему родить. Этих ребят Вадим почти и не помнил. Он же учился в Североморске только до пятого класса. И не узнал бы Машу, если бы она не узнала его.

Их отношения не были похожи на семейные. Просто два одиноких человека грелись друг об друга. Возможно, это можно было даже как-то оформить, чтобы дать Маше защиту.

Ветров поставил на плиту кофе. Достал хлеб, сыр. За шкафом раздался шелест одеяла. Через пару минут появилась Маша. Одетая. — Вадим, я уеду. В ближайшие дни. Совсем. И Иришку заберу. — Куда ты собралась? — Я к Диме поеду. В Мурманск. Он меня ждёт. — Маш, ты уверена, что этого хочешь? — Я его всё ещё люблю, Вадик. И никогда никого кроме Димки не любила. Я это сегодня поняла. Очень ясно. Вот только что. Ты простишь меня? — Мне тебя не за что прощать. Позавтракаешь? Маша отрицательно помотала головой.

 — Нет, Вадик. Пойду. Надо позвонить ему. И вещи собрать. Маша быстро обулась, закуталась в объёмный платок и пуховик, и выскочила за дверь.

Вадим остался в пустой комнате. Опрокинул чашку кофе. Щёлкнул пультом телевизора.

На канале "Культура" шла программа, посвящённая Грибоедову. Из череды слов Вадим выхватил фразу: " Грибоедов увидел пятнадцатилетнюю Нино Чавчавадзе и был покорен…"

Будто в мозгу выключатель сработал.