Ветер с севера

Крышу в прошлом году ремонтировали. В буфет, я вчера слышал, завезли шампанское и коньяк. Ах, да, ещё пирожные. Шести видов. А парад будет на Приморской площади. Только одевайтесь тепло. Плащ-палатки, Мил, дай всем.

Катя оделась совсем не по-парадному. Главная задача — не замёрзнуть и не промокнуть. К началу парада как-то и дождь утих, и ветер. — Так бывает. Тут у нас и снег летом пойти может, — объяснила Людмила Викторовна. Они устроились поближе к ограждениям со стороны трибуны, чтобы Игорю видно было. Лёля с Соней остались дома.

Один за одним шли парадные расчёты. Сначала наземные службы. Потом ПВО и палубная авиация. Последними — экипажи кораблей. Ведущий объявлял каждый парадный расчёт и командира. Катя вглядывалась в начало каждой "коробки".

— В парадным строю экипаж миноносца "Разящий". Командир — кавалер ордена Мужества, капитан третьего ранга Ветров.

Катя замерла. Застыла на месте. Перестала дышать. Вот они. Приблизились к трибуне. Вадим отдал какую-то команду. Приложил руку к фуражке.

Чеканили шаг по Приморской площади моряки "Разящего".

Такие уже знакомые. Вон тот капитан-лейтенант, у которого жена беременна, а вон в середине кок Музаферов. Только погоны уже мичманские. Матросы, конечно, другие.

— Ветрова то свои Нордом называют, слышали? Порядок, говорят, у него, как в старые времена, — обратился к Людмиле Викторовне отставной офицер в форме капитана третьего ранга, — У меня на "Разящем" внук служит. Лейтенант Попов. Бабушка Мила кивала, будто действительно знала всех офицеров со всех кораблей.

Катя улыбнулась про себя. Норд — северный ветер, как же это про Вадима точно подмечено. Он будто часть своего корабля. Деталь, без которой ничего не работает должным образом.

После обеда стали собираться в Дом офицеров. Лёля, уложив Соню и Игоря на дневной сон, суетилась вокруг Кати. Александр Евгеньевич хмурился. — Пап, что такое? Тебе не нравится, как я выгляжу? — Мне то как раз очень нравится. И боюсь, что не мне одному это сегодня западет в душу. Эх, надо было ружье купить.

 — О, Господи, Шур, ружье то тебе зачем? — всплеснула руками Лёля. — Кавалеров отстреливать, — буркнул Кузьмин и уткнулся в чтение статьи в интернете. — Мам, а локоны? Выдержат? — Кать, конечно. Обязательно. Три дня не обещаю, но до вечера точно. — А потом карета превратится в тыкву? Эх, мне бы твои кудри! — Катюшка, Катюшка, какая ж ты красавица. Иди, давай. Веселись. Если что — дед рядом. Прикроет. Разговоры не слушай. А то собака лает, ветер носит.