Ветер в твоих волосах (СИ)

Неужели он решил наказать ее, но за что? Бейлик не произнес больше ни слова, и от этого становилось еще страшнее.

Она все еще медлила, и это, кажется, злило наемника все больше. Он сделал несколько широких шагов к девушке, почти полностью сократив расстояние между ними, и посмотрел на нее совершенно пустыми, темными глазами.

— Если не хочешь, чтобы я разорвал и это платье, то снимай его живо. — Это был ее последний целый наряд. Решив не гневить судьбу и наемника, Ария неуверенно взялась за края вышитого пояса.

Медленно она развязала его, аккуратно положив на стог сена неподалеку. Сарафан она стягивала с еще большей опаской. Оставшись в одной нижней рубашке, она замешкалась, понимая, что щеки горят от стыда, и радуясь, что этого не видно в полутьме сарая.

— Рубашку можешь оставить. — Хриплый голос Бейлика заставил девушку вздрогнуть, и она неуверенно подняла на него взгляд, радуясь, что он вновь отошел. Его лицо, опять оказавшееся в тени, казалось еще более грозным, чем обычно.

Черные глаза, осматривали Арию, не упуская ни единой детали. Взгляд мужчины скользил по золотым, растрепавшимся волосам, по ее телу, едва прикрытому тонкой сорочкой. Он будто ощупывал все изгибы фигуры, отчетливо проступающие под тканью. Взгляд Ветра опустился ниже, скользя по ногам, чуть прикрытым коротким подолом, остановился на щиколотках и маленькой, аккуратной стопе. Девушке стало жарко от одного этого взгляда, а воин продолжал осмотр, пока его глаза вновь не встретились с ее.

Ария чувствовала себя ужасно глупо, стоя посреди сарая и совершенно не понимая, что происходит. Она впервые предстала перед мужчиной в таком виде, смущенная и потерянная она вся дрожала, не зная, чего ожидать от Бейлика, и ругая себя за то, что так легко уступила ему. Он так долго молчал, что у девушки закралось подозрение, может воин не находит ее достаточно привлекательной?

— Можешь дышать, златовласка, никто не собирается брать тебя силой, по крайне мере, если ты сама не попросишь.

 — Девушка только сейчас сообразила, что действительно задержала от волнения дыхание, пока цепкий взгляд наемника осматривал ее.

Ветер же несколько мгновений смотрел ей в глаза, не мигая, а потом, будто опомнившись, начал раздеваться и не остановился, пока не остался абсолютно нагой. Ария не в первый раз видела его обнаженным, слишком живы в ней были воспоминания о той ночи у реки, но у нее все равно перехватило дыхание.