Все далеко зашло. Мне Настя эта понравилась… Предлагал встречаться, а она ни в какую…
– И ты решил надавить? – усевшись за стол, заказываю чашку кофе.
– Я тебе мамины пирожки привез, – полушепотом заявляет Тавлей. Тянется к портфелю с Луи Виттоном на борту. Достает оттуда промасленный пакет. Тети Машины пирожки я обожаю. Целую вечность их не ел.
– Ни в каком кабаке такие не подадут, – охаю, доставая маленький аккуратный пирожок. Целиком засовываю его в рот. Внимательно смотрю на Эрика и велю, прожевав: – Давай выкладывай подробности.
– Да нет никаких подробностей, крестный, – вздыхает тот. – Я сам все замутил. Взял печатки разные. Ими с вечера настукал по куртке. А потом повесил ее в раздевалку перед дежурством Макаровой. Дождался перемены и предъявил…
– Катю мою защищаешь, молодец, – киваю с усмешкой. – И пирожки вкусные. Твой пахан знает, как меня угомонить. Вот только фигня получается, Эрик. Штампы, которыми ты разукрасил куртку, я Кате привез из Праги. Здесь, в России, такие не продавались. Значит, без моей дочери не обошлось.
– Катя помогла немного. Но я не понимаю, из-за чего шум. Макарова не обеднела. Мы с Катрин заработали. Ничего личного, онли бизнес.
– Ну я понял, – киваю коротко. Нет смысла ничего объяснять. В мире Эрика Тавлеева все гладко. Удалось раскрутить на бабки девчонку и хорошо. Никто не умер. – Это я забираю, – киваю на пакет с курткой. – И это тоже, – прихватываю пирожки.
Ясен пень, зачем их привезли. Меня разжалобить. Значит, есть еще что-то, до чего я не должен докопаться.
– Это Катина была идея? – прихлебывая кофе, щурюсь недобро.
– Вот ничего от тебя не скроется, Димир, – разводит руками Вадим. Бьет себя по ляжке. – Чтоб я сдох! – И повернувшись к сыну, приказывает: – Расскажи все, Эрик.
Тот затравлено смотрит на отца, а затем начинает рассказывать.
Все. У меня больше ничего в рот не лезет. Ни кофе, ни пирожки эти с привкусом измены.
Молча слушаю, пытаясь понять, что двигало моей дочерью. Почему ей в голову пришла идея уничтожить подругу? Зависть тому виной или глупая детская вседозволенность? Вот только мне от этого не легче.
«Охрану к Насте приставь», – отправляю сообщение помощнику.
«ОК», – приходит короткий ответ и ничего больше. Что там происходит, твою мать? Получается, я оставил любимую рядом с самым злейшим врагом.
– Спасибо, пацаны, – киваю, вставая. – Мне домой пора. У Катюхи сегодня день рождения. А я тут с вами заседаю…
– Привет ей передавайте, крестный, – почтительно бубнит Эрик.
