Тогда Роланд испытал сначала фантомную боль, когда его квази-тело подверглось разрушению, а мгновения спустя захлестнула боль реальная: десятки металлических осколков прошили его насквозь…
— Это закрытая территория, — сказал парень, вполне миролюбиво. — Попрошу покинуть ее.
Ройл в который раз пожалел, что природа обделила его актерскими способностями, и хотя бы мало-мальски творческим воображением. Что поделать, придется импровизировать с тем, что есть.
— Меня прислал Понтий, — ответил он, стараясь выглядеть убедительным и дружелюбным, надеясь, что парень не обратит внимания на то, что обе свои руки он не вынимает из карманов.
Или обратит, но подумает, что это жест небрежности и уверенности. Ройл сделал невозмутимое лицо — «да, я имею право здесь быть».
Возникла пауза, во время которой охранник в упор рассматривал Роланда, тот в ответ так же открыто смотрел на него.
— Зачем прислал? — наконец спросил он.
Хотя бы здесь повезло. Очень неудачно получилось бы, окажись Понтий здесь же.
Так, здесь надо выдумать повод, который не вызовет подозрений. Не заставит насторожится. Ройл сдержался, едва не сказав: «Забрать пленника», этому не поверят. Ему сейчас главное попасть в здание.
— Кто за главного? Я буду разговаривать только с ним.
Парень опять осмотрел Роланда с ног до головы.
— Ладно, пошли, — сказал он наконец. — Но я с тебя глаз не спущу.
Ройл дернул плечом, мол, твое дело.
Ройл надеялся в ночное время встретить нескольких охранников. Возможно, если повезет, все они, кроме дежурного, будут отдыхать.
Не повезло: зал был заполнен людьми. Бегло осмотревшись, Роланд насчитал не меньше десяти — это те, что на виду, а ведь здесь, наверняка, не только это помещение. Засада. Мониторы включены — все заняты делом. На большой экран выведена странная черно-белая схема, некоторые ее сектора были подсвечены разными цветами.
Время от времени какой-нибудь серый сектор менял цвет на желтый, или зеленый. Очень немногие горели красным.
Ройл догадался в чем дело — все собравшиеся активно работали над расшифровкой кода — ключа, полученного у отца Жаклин. Все же образование инженера он получил не зря. Знания уже были не так свежи, но сейчас, когда он следил за работой команды, понял, что многое еще помнит.
