То есть очень скоро уже, возможно прямо сейчас вся служба охраны порядка поднята на уши и прочесывает Инфериор в поисках пропавшей наследницы «Империи Флина». И кто-то из зевак наверняка выложил записи с похищением в сеть. Так что возможно прямо сейчас все новостные каналы забиты горячими известиями о похищении дочери богатейшего человека Примариуса. Осталось ждать недолго, ее обязательно найдут. Глупые, жалкие бандиты, вы не знаете, что подписали себе смертный приговор, едва посмев коснуться ее. У Натали даже настроение поднялось, когда она все это провертела в голове.
Надо совсем немного подождать. А пока она будет тихой и послушной, будет делать все, что они скажут. А потом лично будет присутствовать на их казни! Ах, да. Смертные казни сейчас повсеместно заменили ссылкой и пожизненными работами в опасных местах. Куда свободные люди отправляются работать за очень большое вознаграждение. На шахты астероидов, например. А Натали сделает все, чтобы они попали на пояс Гумбольта — пояс астероидов, которым владел Скандор Флин.
А там уж… А там уж! Она вспомнила вонючую лапу на своем лице и сжала губы. Вы за все ответите!
Внезапно под потолком зажегся свет, Натали зажмурилась от неожиданности, даже дышать перестала. Кожа покрылась мурашками от страха. До этого дня Натали боялась только стоматолога и аттракционов в парке Свободы. Перед стоматологом она испытывала какой-то иррациональный страх, ведь лечить зубы было совсем не больно. Вместо укола врач касался десны теплой палочкой, мгновенно лишающей нервы всякой чувствительности, а потом Натали просто сидела, закрыв глаза и слушала музыку в одном наушнике.
Неудобно, конечно, в одном, но иногда приходилось кивать или отрицательно качать головой на вопросы врача, но в общем-то ерунда. А от Бешенной Скачки, самой большой горки, с тремя мертвыми петлями, сердце, конечно, ухало в груди и пыталось провалиться в пятки, но все же это был сладкий страх, от него щекотало в носу и хотелось смеяться во всех голос.
"
"А вот сейчас, когда он слышала приближение шагов, тоже нестерпимо хотелось кричать, но вовсе не от радости. Это был настоящий — тяжелый, колючий страх, отчего во рту стало солоно и жарко. Натали казалось, что все клеточки ее тела сжались в ожидании удара.
— Эй, — сказал кто-то над ее головой.
Голос не был грубым и хриплым, как у похитителя. Он как будто принадлежал совсем молодому парню и звучал не угрожающе.
