Ничего, наступит ее время!"
"Чувствуя, что разговор грозит перейти в распрю, она приподнялась на цыпочки по поцеловала отца в шершавую, даже несмотря на то, что он был чисто выбрит, щеку. Губы словно по наждачке проехались. Натали, не говоря больше ни слова, поспешила к стоянке аэрокаров, на ходу вытирая губы.
Выставка проходила на верхнем ярусе городе. Выше было только небо, незаслоненное воздушными трассами, не перекрытое бесконечными, уходящими вверх жилыми и рабочими кварталами. Иногда Натали почти с жалостью думала о людишках, вынужденных жить и трудиться там, внизу, у самой земли.
Что они видят оттуда? Ни звезд ночью, ни солнечного света днем. Бесконечный сумрак. Хотя отец, скорее всего, чувствовал бы себя вполне комфортно — это ведь все равно что жить в шахте. Он был бы только рад. Натали презрительно скривила губы, сама не замечая того, каким презрительным и брезгливым сделалось выражение ее лица.
Она подошла к краю террасы, огороженной изящными ажурными перильцами, посмотрела вниз.
И голова закружилась от вида открывающейся перед ней пропасти. Пропасть была заполнена огнями, далеким шумом города, изрезана нитями воздушных трасс. И хотя Натали родилась и выросла здесь, на Примариусе, но с трудом могла себе представить себе жизнь обычных людей. Тех, кто вынужден жить внизу. Есть ли у них радости? Печали? Вернее, не так: имеют ли вообще право на радости и печали все эти человечки, копошащиеся внизу? Они думали, что имеют.
И Натали в такие моменты было даже жаль их.
— Госпожа, — тихий почтительный голос за спиной. — Автомобиль готов. Куда вас отвезти?
Девушка повела плечами, не оборачиваясь, зная, что каждый ее жест будет понят правильно, и почувствовала в ту же секунду, как невидимый собеседник аккуратно и почтительно закутывает ее в тонкую шаль.
— В резиденцию Лорнов, — снизошла она до ответа.
Водитель, а это был он, тенью скользнул вперед. Он старался быть невидимкой, и все же понимал, что раздражает Натали одним своим присутствием.
Сколько уже времени она просила отца заменить прислугу на роботов. С ними не надо вступать в бессмысленные разговоры. Каждый раз Натали чувствовала себя униженной тем, что ей приходится опускаться до их уровня. Он, этот человек, этот человечишка, слышал ее голос, смотрел на ее обнаженные плечи. Он будет дышать рядом с ней в автомобиле. Мерзкий. Натали передернула плечами теперь уж от гадливости.
