Вихри враждебные

В самое ближайшее время в Баку будет направлена спецгруппа, которая будет координировать деятельность всех сил, которые должны будут обеспечить сохранность бакинских нефтепромыслов. Надеюсь, что ничего страшного не произойдет…

Нобель, внимательно слушавший меня, встрепенулся.

– Да-да, Александр Васильевич, – торопливо произнес он, – я не пожалею средств для того, чтобы не допустить разгрома каспийских нефтепромыслов. Можете рассчитывать на полное мое содействие. А если все будет так, как вы сказали, и большая часть участков перейдет от «Стандарт Ойл» и компании Ротшильда ко мне, то я, как подданный его величества императора Михаила Второго, постараюсь, чтобы рабочие в «БраНобеле» жили достойно и в относительном достатке…

Что же касается компании «Шелл», то я обещаю, что построю танкеры не меньшей грузоподъемности, и с их помощью буду перевозить нефть из Батума в любую точку земного шара.

Я усмехнулся. Насчет сносных условий жизни рабочих на предприятиях Нобеля мне уже приходилось слышать.

Про «нефтяные городки» Нобелей на Волне рассказывали истории, похожие на сказку. Городки эти были полностью электрифицированы, рабочие имели отдельные квартиры, бесплатно лечились в больницах компании, а дети получали бесплатное образование в школах, куда их доставлял транспорт «БраНобеле». На предприятиях компании разрешалось создавать профсоюзы (!), которые строго контролировали продолжительность рабочего дня служащих.

– Эмманул Людвигович, – сказал я, – вы еще не знакомы с министром труда и социальной защиты господином Ульяновым? Если нет, то я вас обязательно познакомлю.

Думаю, что ваше сотрудничество будет полезно вам обоим. А пока я прощаюсь с вами. Дел много, но я всегда буду рад видеть вас. До свидания.

Нобель пожал мне руку и, окрыленный услышанным, вышел из моего кабинета. А я вздохнул и снова продолжил писать обзорную справку по Баку. То, что там происходило, напоминало пожар в публичном доме во время наводнения, в момент посещения этого заведения эскадроном подвыпивших гусар…

Покинув якорную стоянку у Кабо-Верде, сводная эскадра адмирала Ларионова двинулась почти точно на норд по меридиану.

Миля за милей, все ближе и ближе приближалась конечная цель перехода – Кронштадт, до которого оставалось чуть больше трех тысяч миль. Уже на следующий день после того, как эскадра покинула острова Кабо-Верде, теплое Северо-Экваториальное течение сменилось холодным Канарским.