Вихри враждебные

Действительно, все то, что происходило со мной в том мире, сейчас казалось мне ненастоящим, призрачным, подернутым дымкой смутных воспоминаний, словно далекий сон. Теперь я жил здесь и сейчас. Может, и была у меня некая «дама сердца», но теперь я даже не мог представить, как она выглядела, а ее имя мне даже не хотелось вспоминать, нарушая этим ненужным умственным усилием ту трепетную нить, которая связывала меня с Натали.

Моя любимая вздохнула и с плохо скрываемым облегчением ласково потерлась носиком о мое плечо. Я догадывался, о чем она сейчас думает.

Я думал о том же. Но сказать об этом вслух – сейчас, когда наши тела были рядом, сердца бились в унисон, а нежность пугливой невидимой птицей порхала над нашими головами – означало спугнуть все то чарующее, манящее и таинственное, что связывало нас сейчас по прихоти непредсказуемой затейницы-судьбы… Я знал одно – что однажды наши чувства, мечты и надежды могут обрести осязаемую форму, подобно тому, как из случайно брошенного семени прорастает могучее древо… Хотелось бы верить, что все это будет, пусть не сейчас, а через год или два. Если, конечно, мы сумеем дожить до этого времени… Слишком опасная у нас профессия. Ведь даже наша жизнь до конца нам не принадлежит.

Бледно-серый рассвет уже настойчиво вползал в купе через занавешенное окно, когда мы наконец уснули, крепко прижавшись друг к другу, уставшие, счастливые и умиротворенные… Впереди у нас было еще почти двое суток пути до Симферополя, а потом божественный, восхитительный и неповторимый отпуск в Ялте, в обществе самой прекрасной и любимой женщины в мире.

А потом – будь что будет!

Вот я и снова в Дании. На этот раз причиной моего визита в эту страну была не попытка уладить конфликт между Россией и Британией, а заключение долгосрочного договора об аренде некоторых заморских территорий, принадлежащих Датскому королевству. Предварительная договоренность об этом была достигнута еще в марте, когда император Михаил II прибыл прямиком из Тихого океана в Копенгаген на борту подводного крейсера 1-го ранга «Северодвинск».

Во всяком случае, король Кристиан IX тогда согласился с доводами своего внука, тем более что мы обещали датчанам щедро заплатить за аренду этих территорий.

Правда, существовала некоторая сложность в осуществлении наших намерений. Дания была конституционной монархией, и фактическая власть в государстве принадлежала фолькетингу – местному парламенту. А если точнее, то правящей в данный момент в Дании политической партии «Венстре».