Вихри враждебные

В сущности, они милейшие существа, в отличие от некоторых представителей рода человеческого.

Господин Парвус сидел за своим столиком в полном одиночестве, при этом лениво прихлебывая шампанское из высокого бокала. Было похоже на то, что он кого-то ждал. Уж не Троцкого ли? Если это действительно так, то это была бы двойная удача, и мы сможем повязать сразу двух «пламенных революционеров».

Но, скорее всего, Парвус просто вышел на охоту за представительницами слабого пола. Несмотря на свою довольно отталкивающую внешность, он числился завзятым ловеласом.

Для меня непонятно, что именно находили в нем женщины, но он часто имел одновременно по несколько любовниц, которые играли у него роль своеобразного гарема. Почему-то особым вниманием Парвуса пользовались толстые блондинки, хотя и мимо прочих дам он тоже не проходил спокойно.

Я специально прошелся вместе с Натали совсем рядом со столиком Парвуса, и тот сразу сделал стойку на мою спутницу. Его маленькие, заплывшие жиром глазки заблестели.

Он оценивающе осмотрел фигуру Натали и, видимо, приняв решение, в дальнейшем, не отрываясь, внимательно наблюдал за нами.

Мы с Натали сели за свободный столик, и к нам тут же подскочил «халдей», принявший наш заказ. Я, как и положено «кавказскому князю», гордо подбоченился и осмотрел заведение. За несколько столиков от нас устроился ротмистр Познанский вместе со своей командой. Они делали вид, что уже изрядно пьяны, вели себя шумно, громко хохотали и отпускали сальные шуточки проходившим мимо дамам.

Метрдотель настороженно поглядывал на них, прикидывая, стоит ли вызвать полицейского прямо сейчас или еще немного подождать.

Теперь следовало как можно достовернее разыграть ссору между мной и Натали. Парвус умный и хитрый человек, а потому, почувствовав фальшь, он насторожится, и тогда его будет трудно без шума и пыли вывезти из Базеля.

Но, как ни странно, ссору мы разыграли просто блестяще.

Если бы ее увидела приемная комиссия ВГИК, то нас с Натали сразу бы приняли на актерский факультет вне конкурса. Впрочем, и тем, кто служит в нашем богоугодном заведении, тоже частенько приходится перевоплощаться по долгу службы. Как, например, сейчас. И экзамен у нас принимает не приемная комиссия, а сама жизнь. И тот, кому она не поверит, как правило, пропадают бесследно.

Парвус с большим интересом смотрел на наше представление.