Викинг

Однако эта «удобная» практика закончилась очень быстро. Надо полагать, у арабов был очень неплохо поставлен информационный обмен. И со взаимопомощью — полный порядок. Стоило какому-нибудь из наших отрядов навалиться на местный поселок с палисадом, как тут же, откуда ни возьмись, появлялась арабская конница. И осада прекращалась.

Словом, несмотря на нашу изрядную боевую мощь, приходилось придерживаться волчьей тактики: укусил — отскочил.

Само собой, навались мы всеми силами, результат был бы другим.

Но Рагнар не считал нужным тратить время на взятие прибрежных поселений. И на болтавшиеся неподалеку сарацинские галеры он внимания не обращал.

Арабы тоже в безнадежную драку не лезли. Кусали по мелочи. Но — болезненно.

Наши, само собой, рвались в бой… Но дальше мелких стычек дело не шло.

За всё это время мы (я имею в виду тех, кто плыл под знаменем Хрёрека-ярла) лишь однажды взяли на мечи испанский городок. Вернее даже не городок, а рыбачий поселок с населением в пару сотен человек.

Да и то лишь потому, что дело было вечером, а шли мы — в авангарде.

Аборигены практически не сопротивлялись. Воинов среди них не было. Собственно и защищать им было особо нечего. Эта нищета даже медной и бронзовой утвари почти не имела. Нашей добычей стало продовольствие и местные девки. Тоже неплохо, решили мои сопалубники. И презрев увещевания отца Бернара, который безуспешно пытался привить морским разбойникам христианские ценности, предались блуду и обжорству.

Только на одну ночь. Утром мы отплыли и присоединились к главной «эскадре».

Единственная река, по которой мы рискнули подняться (совсем невысоко) — Гвадалквивар. Заодно шторм переждали.

Глядя на алчные лица своих спутников, я был уверен: они не просто глазеют по сторонам, а «фотографируют» окрестности. На будущее. Если нам суждено будет вернуться назад (а я на это очень надеюсь), то пройдет еще пара лет — и сюда заявятся незваные гости из породы Любимцев Одина. Надеюсь, меня среди них не будет.

Как-то мне здесь неуютно. Я уже словил одну стрелу… Другая может попасть не в руку, а в глаз. Стрелки здесь — меткие.

Сразу после выхода в Средиземное море мы попали в беду. Шторм накрыл нас в неудачной близости от африканских берегов. И это был — Шторм.

Я отлично помнил, каково нам пришлось прошлой осенью в Балтийском море… Так вот: тогда были еще цветочки…

Глава двадцать девятая,

Ветер стих лишь к вечеру третьего дня.