Викинг

Когда ты повыкидывал из дорожной котомки кучу серебра, чтобы освободить место для золота, то отношение к славе существенно меняется. Особенно — к посмертной славе. Уверен: половина нашего хирда в глубинах своих разбойничьих душ лелеет те же мысли. Но никогда не признается. Западло.

Драккары и кнорры вошли в бухту…

И остались на рейде.

Ворота в город были затворены. На башнях и стенах толпились изготовившиеся в битве воины.

Конечно нам они — не чета. В чистом поле мы втоптали бы их в землю минут за двадцать.

Но то — в чистом поле. А здесь выпущенный стенным орудием булдыган, хлюпнувшийся в воду в десяти метрах от носа нашего драккара, угоди он чуток подальше и правее, мог бы запросто отправить к Эгиру в сети десяток непобедимых северян.

Ольбард рявкнул, и мы дружно сдали задним ходом — за пределы опасной зоны. Так же поступили и другие. Высадка (а следовательно — жратва, девки и выпивка) откладывалась на неопределенный срок.

Впрочем, все мы хорошо знали Рагнара Лотброка.

Этот — не отступится.

Вновь был созван совет вождей. Расширенный — с участием наиболее прославленных хольдов. Меня тоже пригласили. Рагнар с некоторого времени считал меня специалистом по нестандартным решениям.

Однако нестандартное решение предложил не я, а Ивар Бескостный. Вот уж действительно — нестандартное!

Всем понравилось. Потому что дерзко до невозможности. Даже для викингов.

Главная роль в будущем спектакле, как принято у норманов, досталась драматургу.

То есть самому Ивару. Первым — лучшие куски. А также стрелы, булдыганы и кувшинчики с горящей смолой.

К сожалению, не забыли и меня — забронировали место в массовке. Выступать я должен был в привычной для меня роли доблестного рыцаря Жофруа де Мота.

Еще потребовался монах.

Монах у нас был. Отец Бернар. Но после недолгой дискуссии его кандидатура была отвергнута. Хрен знает, как он себя поведет в решительный момент… Даже, если его использовать втемную.

Всё же не один месяц отец Бернар провел с нами, язычниками. Вдруг догадается о том, что участвует в спектакле?

«Монаха» мы нашли. Ни за что не угадаете, кто им стал!

Мой ярл Хрёрек. Ну чем не монах? Он ведь даже на латыни худо-бедно изъясняется. И внешность походящая. Власы — до плеч (в походе не до парикмахеров), всклокоченная борода — до пояса. А что телосложение могучее, так и отец Бернар — далеко не задохлик.