Викинг

А без него — никак. Сарацинские стрелы жалили корабль, лупили в щиты, иной раз и по шлему чиркали.

С кормы, в ответ, били наши стрелки. Так, для острастки. Мы удирали. Со всех ног… вернее, рук. Счастье еще, что ветер хоть и встречный, но совсем слабый. Иначе пришлось бы терять время, класть мачту…

— Заходят! Справа заходят! — закричал кто-то.

Справа — это мой борт. Я оторвал взгляд от спины Рулафа, вертевшего весло на переднем руме. Так и есть. Узкая галера шла за нами, медленно, но неуклонно сокращая дистанцию.

Задающий темп ритм, и без того торопливый, еще ускорился.

Я уперся и прибавил. По лицу стекал пот, мечталось: зачерпнуть шлемом морскую воду, вылить на голову… Сколько я еще так продержусь? Пять минут? Десять?

— Ну-ка пусти! — сидевший на палубе у моего рума Ове Толстый вскочил… И тут же присел, потому что в его бронь немедленно ударила стрела.

— Ты отдохнул, что ли? — выдохнул я, с недоверием косясь на здоровяка.

Минут двадцать назад этот красавец сиганул с борта кнорра с пустым бочонком под мышкой. А потом, с этим же бочонком (и в полной броне), проплыл почти сто метров, обстреливаемый лучниками с арабского парусника. Когда его втаскивали на борт (втроем, потому что Ове в броне тянул на десять пудов с гаком), болтавшийся на волнах бочонок щетинился стрелами как ежик — иглами, а в мокрой туше Ове — ни одной дырки.

Когда мы отплывали из Луны, у нас было целых три грузовых судна: свой кнорр и два трофейных. Всё досталось воинам ислама. Вру, не всё. Один из кораблей просто ушел на дно со всем содержимым. На радость будущим подводным археологам. Хорошая смерть для викингов — уволочь за собой в небытие кучу врагов. Плохая — для самих сарацин и, особенно, рабов-итальянцев, заточенных в трюме.

— Силенок моих хватит на троих таких, как ты! — рыкнул Ове.

Чистая правда, кстати. Так что я охотно уступил место бывшему кормчему, а сам, подхватив запасной щит, присоединился к тем, кто готовился встретить вражескую абордажную команду…

Испанцы ждали нас у Гибралтара. Целая прорва плавсредств.

И пошло колбасилово.

Наш хирд в нем не участвовал, потому что шли в арьергарде, а Хрёрек вовремя сообразил, что ввязавшись в общую драку, мы лишь увеличим хаос, а толку для своих будет — ноль.