Викинг

Собрал войско, союзников и нагрянул. К этому времени, правда, нашу базу уже неплохо укрепили и сходу захватить ее — не получилось. Тем более, рыцари по воде скакать не умеют, а многие из наших раненых уже более-менее вошли в форму.

Однако взятие острова оставалось лишь вопросом времени — преимущество у Карла было едва ли не двадцатикратное.

Нашим предложили сдаться. Обещали оставить некоторое количество кораблей чуток оружия и съестных припасов.

Герольды короля были посланы подальше.

Но с решительным штурмом король почему-то медлил…

А потом и вовсе ушел с большей частью войска.

Как оказалось: во Францию наконец прибыл «союзник». Дорогой братец Людовик Немецкий. Хотя правильнее было бы сказать не пришел, а вторгся…

В отсутствие короля пыл франков как-то притух. Как ни старались епископы, какие слухи не распускали о несметных богатствах, награбленных викингами… Толк от этих слухов был. Но не тот, что ожидали наши противники. Набравшиеся смелости французы украдкой, по ночам возили осажденным провиант.

Не бесплатно, само собой. Продовольствия в ограбленной стране было мало. Но серебра — еще меньше. Так что цены устраивали обе стороны.

Лада в антинорманском войске не было. Кто-то из входящих в коалицию баронов под шумок обчистил соседний монастырь, свалив вину на викингов. Возвращать добро отказался, поскольку за руку не поймали, а свидетелей не осталось. Другой барон, родственник убитого настоятеля, решил наказать злодея собственными силами. Результат — потери с обеих сторон. Барон-грабитель предложил свои услуги нашим.

Те согласились и барон с дружиной (всего уцелело одиннадцать головорезов) присоединился в аквитанцам.

«Да они больше промеж собой собачились, чем с нами воевали», — охарактеризовал эту вялотекущую осаду Хёдин Морж, когда мы, наконец, высадились на острове.

А мы — высадились. Смели установленные на реке кордоны, подошли к Нанту и заставили франков быстренько попрятаться за стены. В Нанте сейчас сидел уже другой правитель (недолго старина Ламберт наслаждался возвращенным графством), а командовал кое-как объединенным войском почему-то священнослужитель.

Епископ Шартрский.

О штурме речи не было. Стричь уже остриженную овцу не было смысла. Пусть сначала шерсть отрастет.

Франки нас тоже на время оставили в покое. Наступила весна. Время засеивать поля чем-нибудь более перспективным, чем покойники.

Мы, воспользовавшись передышкой, тоже не медлили. Паковали вещички. Там, на севере, уже трескался лед. Пора домой.