Маг, повешенный на крюк для разделки туш за путы — не садист же я в самом деле, удовольствия от этого не испытываю — время от времени начинал дергаться, видимо пытаясь размять суставы, мы со псом наблюдали за этой пантомимой. Выставленные из подвала братья усиленно бдили снаружи. Сомневаюсь, что им что-нибудь грозило, пробежавшийся вокруг участка пес доложил, что вокруг все чисто.
Эх, как я брату испортил кайф! Когда тот, довольный и расслабленный после усиленного ночного чтения святок приехал домой, вот тут ему под нос и сунули сюрприз.
Даже в подарочной БДСМ-упаковке.
— Ну и какого? — он уныло посмотрел на подвешенное к потолку тело. Телу этот взгляд, профессиональный и оценивающий, явно не понравился, судя по опять начавшимся дерганиям.
— Такого, — сказал я, зевнув. Ночь все-таки была бессонной, а для моего нежного организма это было лишним поводом для возмущения. — Все самому приходится делать, пока некоторые там дамам святым жезлом грехи отпускают.
— Пошляк.
Так ты что, сам его взял?
— Пришлось.
— В одного ученику взять черного мага? — не поверил он.
— Слаб он оказался. Или я силен.
— Вот это меня и беспокоит, — вздохнул брат.
— Первое или второе?
— Скорее, первое. Не могу поверить, что он настолько слаб, — подозрительно посмотрел на меня брат. — Даже та тварь была сильнее.
— Ну… — протянул я задумчиво. — Может быть. Хотелось бы верить, что все-таки я оказался сильнее. Или хитрее, и использовал другую тактику боя, на которую он был не готов.
Думаешь, подстава?
— Посмотрим, — он глянул на будущую жертву очищения. — Посторожи его пока, а я вызову своих и схожу за инструментами.
— Э, — запротестовал я. — Я вообще-то ночь не спал, и меня Осий ждет…
— Подождет. И ты подождешь, не маленький. Всю ночь караулил, еще пять минут посидишь, — категорично ответил брат. — А Осию объяснишь, что тебя в очередной раз упокоить пытались.
И брат пошел наверх, созывать специалистов и брать орудия труда.
— Видишь, какое веселье тебя ждет? — я подмигнул висящему телу.
— И на кой я вам сдался?
Пленник загримасничал и замычал, как будто хотел мне ответить.
— Не, не старайся. Кляп не выну и не освобожу, — сказал я. — Время разговоров прошло, теперь будешь говорить с другими любителями послушать чужие истории.
Брат вернулся минут через пять, и поставил на стол подозрительно звякнувший при этом потертый кожаный саквояж.
— Инструменты? — кивнул я на поклажу.
