Не предусмотрено, бал-зае… С другой стороны — правильно. Нечего продукты переводить. А то гости с голодухи примутся изображать саранчу, потом харч метать начнут и заляпают все стены, да и выгребные ямы переполнятся… Халявы не будет, жрите на свои.
Расстроили меня, господа, сильно расстроили. Ну разве так можно? Я, может, тоже настроился на жареного фазана, ну или такого же поросенка, рыбки там красной, икорки… Придется зарабатывать изжогу абсолютно ординарным дешевым вином без закуси.
Я взял у лакея очередной бокал с подноса, стараясь не смотреть на его презрительную рожу.
Не, танцевать я сегодня больше не буду, хватит с меня мамзель Бегемота. И прочей живности. Вот прогулку по королевскому саду я точно себе организую. Тем более таковой здесь есть.
Озираясь, чтобы не перехватили всякие нежелательные личности женского пола, бочком-бочком я дошел до стенки и наконец добрался до распахнутой огромной двери, за которой был выход в сад.
Да, Его Величество явно был любитель зеленых насаждений. Отвести гектар восемь в центре Сенара? Для него — легко.
Вот такой вот маленький садик. Охотиться можно. Ну или устраивать оргии на природе, второе — вернее.
Я пошел по тропинке, изображающей дорожку, в саду. Король явно любил первозданную природу, поэтому дорожка была и не мощеная совсем, а по бокам — ни одного магического фонаря для освещения. Мне это не помеха, я и так обхожусь магическим зрением.
Шагов через сто я встал, как вкопанный. Из зарослей слышался рев и рык. Но, похоже, человеческий. Точно! Сквозь рев пробились женские стоны.
Вот же господа придворные, не могут удержаться, романтики на природе захотелось! Я скрыл улыбку. Самое место для кустпрома. «По согласию?» «По согласию!» «А партнер?» «А тут никого и нет!»
Ускорив шаг, я пошел дальше по тропинке. Сходить с нее теперь не стоит, опять наткнешься на незадачливых любовников в кустах… Стоп!
Я чуть было не сошел с тропинки, услышав чужой разговор впереди. Хотел обойти, не попадаясь на глаза спорящим. Но притормозил, услышав подозрительный шум.
Ругались двое, мужчина и женщина. Причем ругань была конкретная — угрожающий тон мужчины и слабые восклицания женщины. Так, мимо этого я пройти не могу, ненавижу, когда вот так слабых обижают, тем более девушек…
Я осторожным шагом приблизился к ссорящимся, и завернул за поворот тропы. Здоровенный мужик в расстегнутом камзоле и какая-то женщина, хрупкая и невысокая, в платье камеристки.
— А я сказал — будешь! — прорычал мужик, и схватил женщину за руку.
