Виконт

— Так что узнали?

Брат с сомнением посмотрел на меня, потом махнул рукой.

— Благодаря твоему везению мы вскрыли ковен черных ведьм.

— Ого! — удивился я. — И такие бывают?

— А ты думал, это сказки из книжек Патитиса?

— Нет. Не знаю, — неопределенно сказал я. — Значит, существуют.

— Да. Поэтому я про молчание и говорю. Эти чертовы бабы зловредные, мстительные психопатки. Если они узнают про то, что это сделал ты…

— И так узнают. Об этом знает слишком много народа. Дружинники, Триди наконец…

— Проведем с ними беседу, чтобы не проболтались.

Ну а наши методы ты знаешь, — многозначительно сказал брат.

— Значит, ковен. А графиня Алстриди их главная? — я вспомнил, чья подпись стояла на документе о продаже манора.

— Выясним. По ее адресу направился отряд братьев, и я запросил подмогу из столицы. Тут пахнет большим делом о Скверне.

— Вот так. Все веселье без меня, — с кислой миной констатировал я.

— Ну уж извини, — он развел руками. — Ты лицо гражданское и вообще, мой брат. Я не буду тебя под такое подставлять.

И вообще, я не должен был это тебе говорить. Но теперь опасайтесь на всякий случай мести ведьм. С Ильгой я сам поговорю.

— Ладно, спасибо.

Арий взялся за ручку двери.

— И не лезь никуда. А о том, о чем мы говорили, забудь.

— Уже, — пообещал я ему.

Как же, забудешь такое! Наоборот, возможности ведьм влекли меня со страшной силой. Придется провернуть Темное Писание в ускоренном темпе, несмотря на омерзительные подробности, от которых тянуло блевануть. Но вдруг опять придется схлестнуться с ведьмами? С моей офигенной удачей на неприятности в этом мире я уже ничему не удивлюсь.

Так то.

Глава 23

Не люблю шумные сборища, но иногда от них никуда не денешься. Собственно, как сказать — люблю-не люблю, зависит от обстоятельств. Иногда надо работать в толпе, тогда — смотря какое задание. Ну сегодня у меня никаких заданий не было, да и их не могло быть в принципе. Теперь я сам себе начальник, в отрыве от, так сказать, производства.

А народ веселиться умел так, как и работать.

Основательно, от души, с чувством, толком и расстановкой.

Мы бродили по полосе отчуждения замка, превратившейся в ярмарочный балаган стараниями отцовских слуг и Иль. Вот чего не ожидал, что она примет в этом самое непосредственное участие. Но, похоже, ей это нравилось, как и нашим подданным. Все, так или иначе, напрямую и опосредованно с ней сталкивались — ну еще бы, они с Патитисом, как я уже говорил, одни из самых важных людей в замке для селян.