Виконт

— Я принесла клятву верности вашему отцу, — сказала она."

"— Я очень рад, — расслабленно сказал я. — А как же ваши предубеждения, миледи?

— Скажу сразу, чтобы потом не было неловкостей и недомолвок — что, как, да почему. Да, я не в восторге от ситуации, но в данном случае я отвечаю не только за себя, но и за своих подданных, а также за земли, пожалованные в незапамятные времена моему клану. Поэтому по зрелому размышлению я решила стать вассалом вашего отца за неимением других возможностей. Свою клятву верности я сдержу, и никаких проблем в будущем это не принесет.

Это я и сказала вашему отцу.

Ну спасибо и на этом. Никто и не требовал от вассала обязательного поцелуя в десны. Хотя это и желательно, но достаточно будет ровных отношений начальник-подчиненный. Тем более это действительно в ее интересах.

— Я понял вас, миледи. Ну что же, очень рад. Надеюсь такое объединение кланов послужит на благо как главам, так и нашим подданным. Я думаю, вы не пожалеете.

— Я думаю, вы тоже.

И она с шорохом юбок покинула меня.

А, собственно, вообще, что это было? Почему она известила об этом меня? Подбивала клинья или искала союзника в клане? Судя по ауре — вроде нет, ни то, ни другое. А вопросы с решением по ее клану принимает отец, я тут вообще не при делах, мое место десятое и птичьи права. Ладно думать будем потом и действовать по обстоятельствам.

Я вернулся в залу и принялся ждать. Все, народ, похоже, дошел до кондиции и начал уже общаться кучками исключительно между собой. Папа со своими друганами травил армейские байки.

Я навострил уши — хоть послушаю что-нибудь занимательное. Хотя что рассказывать — будет рассказывать, как он с мечом на лихом коне пер навстречу эльфийским пуле… тьфу, лучникам или что-то подобное вроде того.

— А ты помнишь, Эдий, как тебя эльфы в плен взяли?

— Ага, — рассмеялся граф Равенский, насколько я помню его титул. — Ох, и оторвался я там.

— Настолько, что герцог Морион, их командующий, велел вернуть тебя назад через неделю и приказал больше тебя в плен не брать.

— Это было самое плохое из того, что я испытал в эльфийском плену, — грустно сказал граф, заглядывая в пустой бокал и потянувшись за бутылкой.

— Ну правильно, — хохотнул барон Монризи, другой старый папин собутыльник. — После того, как ты морально разложил его штаб, бухая с его офицерами на пари. Неделю не просыхали.

— А что делать? — горестно сказал граф. — Эльфы при всей их мерзопакости делают такие волшебные настойки на травах… Но пить не умеют.