Виконтесса из другого мира

Штирлиц никогда не был так близко к провалу.

Я нервно улыбнулась и озвучила почти правду.

– У меня после болезни память ещё не до конца восстановилась, последние события как в тумане, – потерла висок, в который стрельнуло привычной болью. Действительно, в конце зимы Эрмин отказался от услуг частных учителей, и Кати вызвалась заниматься с племянниками. Роланд часто сбегал с занятий, а вот Матис приходил на уроки чтения. Сначала прятался за мебелью, но когда Кати, заметив его, не прогнала, перестал. На последних занятиях даже робко уточнял неясные моменты.

Теперь понятно, почему Матис так переглянулся с Роландом, когда я спросила, умеет ли он читать. – Но постепенно воспоминания возвращаются, так что просто немного потерпите мои странные вопросы.

Я взлохматила светлые кудряшки Алоиса и огляделась. Мое признание всех немного успокоило. Вита же вернулась к вязанию, щурясь при неверном свете свечей.

– Алоис, Роланд, сходите за старыми светильниками, попробую зарядить хотя бы один, – закончила я совсем тихо.

 – И заодно карту прихватите, которую я утром принесла.

– А мне что делать? – уточнил Хаган негромко.

– Няня, что нам надо на утро? – призвала я Тору на подмогу. – Дров принести? Воды?

Женщина тут же взяла Хагана в оборот. А я забрала у Виты митенку и, присев рядом, начала демонстративно медленно обвязывать край. Вторым краем уже девчонка занималась, пока я пришивала вырезанный лоскут для макушки к шапке.

– Кати, а что с варенным с сахаром молоком делать? – спросила Тора.

– Это сгущёнка, её нужно разлить по баночкам из-под кофе, – с улыбкой ответила я, оглядывая шапку. Осталось придумать, из чего подклад сделать.

По итогу из двух крынок молока (объем у посуды примерно литр) получилось четыре баночки по триста грамм. Этого мало, с учетом того, что одна баночка пойдет на пробу. Никто же не знает, что это за сласть. Завтра должны ещё четыре крынки подъехать, но одна уйдет на наши текущие нужды. Итого, девять баночек. Можно будет объехать три кондитерские в городе и оставить им по три порции за символическую сумму.

Себестоимость продуктов на одну баночку выходит около половины серебряного. В городе крынка молока стоит 40-45 медяшек, килограмм сахара 50 медных монет. А вот, сколько стоит такая баночка, Тора не смогла сказать. Отыскав в шкафчике банку на литр, уточнила её стоимость. Приблизительно (так как давно не покупали, а пользовались тем, что есть) она стоит тридцать медяшек.