Виктор Глухов

А кто я… теперь? Внимательно посмотрел на ноги, обутые в удобные, даже щегольские коричневые сапоги, а раньше был в кедах, в которых всегда ходил на операции. Это я хорошо помню. Дальше — голый живот, худой, но с хорошим прессом.

Постучал по квадратикам живота ребром ладони. А был небольшой животик, мягкий и любящий пивко. Посмотрел на руки — жилистые и, видимо, крепкие. Ладони в мозолях, как у землекопа. Значит, я работаю землекопом теперь? И по совместительству тайным агентом АД, вернее, ада? А оно мне надо? — срифмовал я и отключился.

Когда пришел в себя, я увидел, что лежу на полу, обнимая запеченную грушу в мантии темного властелина.

— Фу, какая мерзость эта ваша запеченная груша, — вслух сказал я и отодвинулся от мертвеца.

— Нейросеть исследователя-разведчика установлена и распаковывает пакет программ, — услышал я нежный женский голос в своей голове, причем так, как будто я слышал ушами. — Оператору доступны следующие базы: универсальная база выживания; универсальная база медицины; универсальная база магических энергетических структур; база универсального боя.

Я ошеломленно сидел на полу, локтем опершись на мумию, и чесал затылок. Совсем не к месту подумал: «Как волосы отрасли. Я-то всегда стригусь коротко».

— Простите, д-д-девушка, а вы вообще кто? — запинаясь, спросил я.

— Экспериментальная бионейросеть, выращенная и приспособленная для работы в среде с применением магических энергий, — нежно пропели мне в ушки.

— Шиза, значит, — ошеломленно проговорил я.

— Название принято.

Я огляделся вокруг и спросил:

— Вы где? Что-то вас не видно. Хотя тут темновато. Не бойтесь, я вас не обижу. И простите меня, я не хотел вас обидеть, назвав Шизой.

— Я встраиваюсь внутри вашего организма, создаю сеть для опосредованного влияния на объект внедрения с целью увеличения и усиления возможностей носителя, — продолжал тот же приятный голосок.

Потерев лицо ладонями и пребывая в полном недоумении, переходящем в прострацию, я произнес:

— Убили, умереть не дали, на суд не попал, зато наградили дуркой.

— Нет доступной информации, — произнес тот же голос.

И опять я провалился в темноту.

Пробуждение пришло так же, как и в прошлый раз: я обнимал мертвеца, как родного брата. А он, сморщенный и отрешенный от мирских проблем, взирал на потолок старого подвала.

— Вам доступ в память прежнего носителя установить? Ответьте «да» или «нет», — спрашивали меня.