Виктор Глухов

Я глянул на хитрого дедка и решил уменьшить аппетиты:

— Мастер, я понимаю все трудности момента, в который попала академия, и, учитывая ее доброе отношение к нам, студентам, готов в качестве доброй воли передать права на мое изобретение за тысячу золотых.

— Ты точно нехеец? — прищурился дед. — Ты больше похож на лигирийца. — Он с усмешкой посмотрел на меня.

— А что, если нехеец, то сразу дурак, что ли? У меня мать лигирийка. Вот рецепт препарата и порядок его изготовления, — протянул я сидящему старику два листа бумаги с формулами.

Тот взял листы, просмотрел их, хмыкнул:

— Однако, — и передал мне договор о передаче прав на подпись.

Когда я с ним ознакомился и подписал, мне вручили чек на тысячу золотых корон.

Уходя, вредный старикан обернулся и сказал:

— Забыл тебе сказать, ты теперь один в лаборатории не допускаешься, только с преподавателями. Во избежание, так сказать.

Мне же оставалось только тяжело вздохнуть. Но на сегодня у меня были еще дела, и предаваться печали было некогда.

Я хотел посетить Ару и поговорить о девушках — мне во что бы то ни стало надо узнать, как с ними помириться.

Осторожно забрался в оранжерею, откуда брал шланг, и срезал восемь шикарных бордовых роз. Мне даже было удивительно, что никто не позарился на них до сих пор. Быстро вернулся к общежитию боевого факультета и забрался на второй этаж. Окна комнаты Ары я знал. Посмотрев в окно, тихо постучал. На стук выглянул снежный эльфар, удивленно посмотрел на меня и исчез. Через риску показался сам Аре-ил.

— Ты что, общаги перепутал?

— Я поговорить хочу. Пусти меня, а то висеть неудобно.

— Мелкий, ты доиграешься! — хмуро ответил эльфар.

Не споря с ним, я поставил на подоконник бутылку вина. Посмотрев на нее, Аре-ил сказал:

Я быстро забрался внутрь и стал выкладывать на стол закуску, которую всегда таскал с собой в артефактной сумке.

Таким запасливым был только я, потому что помнил дефицит социалистической родины. Отдельно выложил конфеты, пироги, колбасу, вино и цветы.

— Это девочкам, — сказал я.

— А цветы зачем? — нахмурился эльфар.

— В знак примирения, — ответил я.

— Дар! — неожиданно назвал меня по имени Аре-ил. — Ты знаешь, когда у нас дарят цветы девушкам?

— Когда хотят оказать им внимание, — попытался я угадать.

— Когда предлагают выйти замуж, — ответил он. — Ты что, решил осчастливить всех восьмерых наших красавиц?

— С чего бы это? Просто хотел, чтобы как лучше было.